«Сейчас, с поимкой главного ядра шайки Ленкова, – строчило бойкое перо, – выясняются любопытные подробности этой „организации“.
КТО ТАКОЙ ЛЕНКОВ?
Ленков – забайкальский крестьянин, во время атаманщины долго партизанивший, но потом свихнувшийся на „блатную дорожку“. Свою деятельность „по блату“ Ленков начал сравнительно недавно у себя на родине – в районе села Куки, где находится семья Ленкова.
Человек незаурядной энергии и абсолютно не знающий чувства страха, он скоро приобретает популярность в преступном мире, а затем переносит свою деятельность в Читу. Здесь, после первых же удачных „дел“ вокруг Ленкова отобралась группа самой отчаянной „блатни“, руководство над которой Ленков и взял в свои руки.
ИХ „РАБОТА“
Сейчас определенно установлены одиннадцать грабежей, вооруженных и с убийствами, совершенных шайкой. К этому надо добавить еще ряд краж со взломами, – мелкими кражами ленковцы не занимались.
ОБРАЗЦОВАЯ „РАЗВЕДКА“
Разведка у них поставлена была образцово – это видно из показаний арестованных членов шайки о предполагаемых и намеченных в ближайшем будущем делах, именно: ограбление фирмы Нобеля и одного из местных домовладельцев. Шайка точно знала местонахождение ценностей и количество их. Наводчиками шайки были лица, даже причастные к местному торговому миру…»
«Это точно!» – мысленно согласился Осип, которому сам Яшка-с-чубом говорил, что это он ночью – неуловимый и ловкий налетчик, без страха и сомнения, а днем у него тоже есть место службы – бойцом охраны продмагазина. «Запустили козла в огород!» – зло подумал Голубицкий, шелестя газетой.
«„…ПОПУЛЯРНОСТЬ“ ЛЕНКОВА
Популярность Ленкова распространилась далеко за пределы Читы. Он, например, получил приглашения из Верхнеудинска приехать туда с „ребятами“, причем ему уже были подготовлены два „дела“.
КВАРТИРЫ
В Чите шайка имела несколько хаз, но наиболее удобной считалась хаза городского собаколова Лебедева (арестован). Сюда ленковцы безопасно стекались для дележки, обсуждения планов, и нередко некоторые пользовались ночевкой…»
Фамилия Лебедева была для Осипа новой. О бандитском пристанище в квартире Живодера, как прозвали Лебедева в шайке, рассказал на допросе Григорий Верхозин, один из арестованных у Земской больницы ленковских «старичков».
Лебедева страшились даже в шайке. Припрятывать у него награбленное было удобно, но на ночевку отваживались немногие, лишь по крайней на то необходимости.
Жутким местом было логово Живодера. И сам он, казалось, сочился такой лютой жестокостью, что волосы вставали дыбом при общении с ним. Хотя почти никогда с круглого его лица не сходила легкая, блаженная улыбочка, говор был негромкий, с фальшивой ласковой ноткой.
Но даже злющие цепные собаки замолкали, словно давились, когда на громыхающей телеге с будкой, обитой жестью, Лебедев тихо катил по улице.
Когда его заперли после ареста в общую тюремную камеру, её обитатели, ничего не зная о занятиях и промысле Живодера, почему-то воздерживались интересоваться его личностью, как и обстоятельствами, приведшими за решётку. Стена отчуждения и опаски почти сразу возникла между Лебедевым и остальными арестантами. Что его совершенно не занимало…
2– Оська, пся крев, хорош на лавке валяться, геть сюда! – забухал в стенку Чимов.
