— Чтобы через двадцать пять лет посреди первозданной природы приземлилась капсула с колонистами для следующего эксперимента. Новые хозяева создадут на Дердане собственную цивилизацию.
— А как же мы? И наш Купол? — тихо уточнила Энджи. — И вообще Халикс? Я не хочу, чтобы его распыляли.
— Джей сказал, что попытается помешать уничтожению городов.
— Как? — нахмурилась Лиз.
— Если бы я знала! Когда Мэдлин прекратит мучить его допросами и проверками на детекторе лжи, он придет и сам расскажет.
Энджи, сидевшая рядом, едва заметно вздрогнула. Келли внезапно накрыло иррациональной тревогой.
— Энджи… Я так и не спросила тебя… Он вел себя грубо с тобой? Ну, когда ты была в плену у «жуков».
— Нет, нет, — поежилась подруга. — Наоборот, он единственный, кто пытался меня уберечь от… всего.
Она опустила голову, занавесив половину лица смолянистой вьющейся челкой.
Келли легонько сжала ее пальцы.
— Я знаю, для тебя это будет сложно. Но надеюсь, ты запомнила тех, кто пытался сотворить с тобой зло, и кто вел себя по-человечески. В будущем нам так или иначе придется существовать вместе. Когда «жуки» прознают о вакцине, они наверняка пожелают ее получить. А значит, им придется искать контактов с нами. А значит, мы должны знать, кто там сохранил человеческое лицо, а кто должен понести наказание.
— Мэдлин не допустит сюда отморозков, — с сомнением покачала головой Софи.
— Мы не сможем прятаться под Куполом вечно, — сказала Лиз. — Нам всем следует начинать жизнь заново. Обслуживать электростанции, восстанавливать производство, засевать поля, выращивать еду, разводить животных, ловить рыбу… ведь запасы протеина для синтезаторов не бесконечны. Келли права: рано или поздно нам придется выйти наружу. А «жукам» и тем, кто до сих пор прячется среди руин Халикса — принять новую жизнь, новые правила. Справедливые правила! Если кто-то совершал зло — значит, состоится суд, который определит меру наказания. Если человек не преступник, нам придется впустить его в свое общество. И Мэдлин должна с этим смириться.
— Но как это сделать? — запальчиво заговорила Софи. — Как установить эти правила и заставить их выполнять? Нас слишком мало, и мы слабы. Среди нас в основном женщины и дети. Кто будет отстаивать нашу правду — горстка парней да полсотни подростков? А если мы не проявим силу, кто будет подчиняться нам? Признавать главенство наших судов?
Насаждать справедливость силой — такая мысль Келли не очень-то нравилась. Но Софи права… «Жуки» с карьера или те мужики, которые пытали Джея, только посмеются над обитателями Купола, вздумавшими устанавливать правила.
А то и вакцину отберут…
— Не исключено, что мужчин среди нас станет больше, — неуверенно сказала Келли. — Джей хочет вывести из криобиоза киборгов, оставшихся в репродукционном модуле. Если кто-то из них согласится противостоять системе, как он сам, и встанет на нашу сторону, это даст нам значительный перевес.
Валери обняла себя руками и поежилась.
— Мы как будто снова готовимся к войне…
Дверь в лабораторию распахнулась, и на пороге появился запыхавшийся Дэн.
— Эй, боевая блондинка! Главная вызывает тебя к себе.
— Ну наконец-то, — выдохнула Келли и поднялась с диванчика, аккуратно выбравшись из объятий подруг. — Я уже думала, они там никогда не закончат с этими допросами.
Она остановилась на пороге кабинета Главной и недоуменно оглянулась. В кабинете, кроме самой Мэдлин, никого не было.
— А где Джей?
Вряд ли ей настолько уж изменяет зрение. Да, ночью мало кому удалось хотя бы на часок сомкнуть глаза, пожалуй, кроме Майи, которая уснула прямо на руках у отца. Лиама, Алекса и Джея развели по разным комнатам на «карантин» в ожидании допросов, а Келли после короткого и не особо душевного разговора с Мэдлин до рассвета проболтала с друзьями, в подробностях излагая свои приключения и выслушивая от них последние новости.
Мэдлин оторвалась от монитора и потерла усталые глаза. Похоже, в последние сутки ей тоже было не до сна.
— Я только что от него. Думаю, тебе стоит это увидеть.
И она призывно взмахнула ладонью, указав на место рядом с собой. Келли, внутренне напрягшись, села в кресло и уставилась на изображение, которое Мэдлин вывела на голоэкран.
— Предупреждаю, это запись. Сперва посмотри, а потом все обсудим.
А что, разве у Келли был какой-то выбор?
То, каким она увидела Джея на голоэкране, ее неприятно задело. Неудобное кресло с высокой прямой спинкой, на голове металлический обруч детектора, к обнаженному торсу крепятся сотни присосок, от которых отходят тонкие провода. Руки покоятся на широких подлокотниках с датчиками. Самодельную шину с его правой кисти док успел снять, и Келли даже через экран с болью заметила, что кости она все-таки сложила криво.
Может, Док сможет исправить ее «творчество»?
Но больше всего ей не понравились металлические браслеты, приковавшие руки Джея к креслу.
Голос Мэдлин звучал надтреснуто сквозь усилитель динамика.
— Назови свое имя.
— Джей Эль тридцать один.