Часть 1.
Подойдя к усатому и довольно-таки пухлому для воина таможеннику, я спросил:
— Добрый день, уважаемый. Сколько стоит въезд в славный город Тибр?
Осмотрев меня цепким взглядом, который больше походил на взгляд торгаша подсчитывающего сколько с тебя можно поиметь денег, чем взгляд воина, он, немного подумав, дал ответ:
— И тебе не хворать наемник, — хо, похоже меня приняли за солдата удачи. Оно и к лучшему. Меньше знает страж порядка — крепче спит потенциальный нарушитель этого самого порядка, — за груженную лошадь налог в серебрушку. За себя самого платить ненужно. Если хочешь вести торг на рынке, обратись в торговую управу. Трехэтажное каменное здание на торговой площади, не ошибешься. Если впервые в городе, а это так, кто же еще назовет его славным, если только нездешний? — ощерился этот экскурсовод кривой улыбкой, в которой не хватало пары зубов,
— То кратко по правилам: Людей не убивать, иначе штраф если убил невольника в размере двойной цены, если убил свободного человека — виселица. Конечно-же если ты жрец или благородный, то обойдешься штрафом семье и в казну города, но не того мы с тобой полета птицы. За воровство платишь штраф в размере стоимости вещи ее владельцу, да еще столько-же, ну и в казну десятую часть от суммы выплаты. Если денег нет — с одной из рук можешь попрощаться. Поединки могут устраивать только зрелые мужчины, и только если присутствует блюститель закона, который согласился судить данный поединок. При случайном убийстве, ты должен рассказать о случившемся первому встречному человеку, достигшему совершеннолетия. Если ты этого не сделал, то преступление автоматически считается умышленным. Если свидетелей обратного нет, это виселица. Остальные законы ничем особо не отличаются от правил других городов. Добро пожаловать в Тибр!, — и забрав плату, служивый уже хотел было уйти, но я задал интересующий меня вопрос:
— А не подскажет-ли достопочтенный страж порядка и закона, — заговорщеским полушепотом спросил я, — Где можно найти не особо людный, но добротный постоялый двор или таверну для усталого работника ножа и топора?, — и протянул ему золотой, в качестве премии так сказать.
Удивленно меня осмотрев, словно видит в первый раз, и воровато оглядевшись, страж приблизился ко мне на расстояние вытянутой ладони, взял монету, и наклонился над ухом, — Да ты бы хоть сказал сразу, что из этих. Короче, ваша местная братия, — на этих словах он запнулся и нервно сглотнул, — Обитает в северной части города, на улице Переулков. Как пройдешь ворота, поверни влево. По самой широкой улице дойдешь до магазина трав и зелий, и там снова свернешь налево. Пройдешь четыре дома, и справа увидишь таверну «Весёлая Тыква», вот в неё тебе и надо. Заходить как и везде, с черного хода., — и отойдя от меня на шаг он уже громче, чтобы нас услышали его подчиненные, добавил,
— Вот так и дойдешь до гостевого дома «Никифор и сыновья», и спасибо за серебрушку, уважаемый путник.
Я кивнул, и запрыгнув на Тень, поехал в указанном направлении. Похоже меня приняли за члена какого-то тайного общества. Чтож. Думаю хуже не будет, если я пройдусь до той таверны, и если меня она устроит, в ней и остановлюсь. Мне нужно спокойное, тихое местечко, и думается тайное общество тех о которых я пока ничего не знаю, обитает как-раз в таком. В крайнем случае, я могу просто сказать, что ошибся местом и уже ухожу. Скривив губы в усмешке, я сам не поверил своим словам.
Оглядевшись, я пришел к выводу, что внутри город все-же поухоженней и чище чем я себе представлял. Основная дорога, была вымощена диким камнем, шириной метров пять, и на удивление чистая. По крайней-мере по ней не бегали крысы, и не стекало дерьмо. Домики были вполне себе добротные. Не сказал-бы что прям богатые, но зажиточные точно.
Свернув с основной улицы влево, я поехал по более как я понял бедному району. Дома тут были все деревянные, с сеном вместо крыши, но сеном свежим, а не гнильем, что обычно лежит на крышах бедняков. Хорошее сено тоже стоит денег. Больше двух этажей дома не поднимались, но в принципе для семьи мелкого торгаша или ремесленника этого хватало.
С чего я решил, что тут живут именно они? Так части дома, что выходили лицом к дороге, почти у каждого были переделаны в лавки-мастерские и маленькие магазинчики с разными товарами. Была даже одна пивнушка. Горожане выглядели довольно-таки зажиточными, но без роскоши. На лицах почти всех не было кислого выражения лица или морды аля "я кирпич«,за исключением пары подозрительных типов в дорожных плащах и капюшонах. Кстати детей было маловато. Но скорее всего малышня сидела дома с матерями, а более взрослые помогали готовить ужин или отцам по работе. Вон в одной гончарной лавке трудилось аж пять сыновей разного возраста, отец семейства и дедок. Прям семейный бизнес какой-то, а не маленькая лавка с посудой.