Притихли. Гробовая тишина. В глаза больше никто не смотрит. Все поняли. Ну вот, генерал-лейтенант Гаврилов, а ты говорил, у меня мало опыта. Ничего, опыта мало, зато натаскивал Клещ.
– Внимание, «Метла-125»! Повторяю! Я, сержант Белоснежка, буду вашим наставником, на протяжении всего периода обучения на тренинг-базе! А сейчас, для начала, я хочу познакомиться с каждым из вас. С этого дня вы забудете собственные имена, обращаться друг к другу следует, используя позывные, которые сейчас получите. Итак, начинаем!
Сергей подошел к новобранцу, стоявшему крайним в шеренге.
– Георгий Колесов, сэр! – с усердием рявкнул тот. – Выпускник кадетского корпуса на Ламуре! У меня отличные данные! Я мечтаю сделать карьеру в ликвидаторах, сэр!
Воронин невольно вздрогнул, глаза его сузились, дабы никто из новичков не разобрал, что творится в душе командира.
«Сынок ты… – прошептал где-то над ухом сержант Клещ. – Служи хорошо, а время все расставит по местам…»
Сердце тоскливо заныло.
«Вот я и сделал карьеру в ликвидаторах… Прав ты был, Клещ…»
«Ты отличный мужик… Отличный мужик…»
– Все повторяется, Клещ, – забывшись, вслух произнес Воронин. Он говорил не с новобранцем. Не с шеренгой желторотиков. Он обращался к сержанту на Илане. К бойцам «Метлы-117», ушедшей в вечность. – Все повторяется, это бесконечная война. Ее невозможно остановить.
