- Желаю вам удачи, - сказала Лили, когда последняя тарелка была вымыта, вытерта и поставлена на место. Уилбур ушел к себе в казарму, и они с Велвит остались на кухне одни. Из-за неплотно прикрытой двери было слышно, как, прощаясь, уходят последние гости.
- Но ведь вы не оставите меня с ней одну, - вдруг запаниковала Велвит, застыв посреди кухни в своем праздничном платье и с руками, облепленными мыльной пеной, - ведь вы еще не уходите?
- Ухожу, - отвечала Лили с дружеской улыбкой, стараясь пригладить растрепавшиеся волосы. - Вы и сами прекрасно сможете постоять за себя. - С этими словами она направилась к двери, накинув на плечи сырой плащ.
Она уже стояла на пороге, когда ее остановил хриплый возглас Велвит:
- Лили?
- Да? - отвечала та, обернувшись.
- Спасибо вам.
- Не за что, Велвит, - улыбнулась Лили.
Свет уличных фонарей едва пробивал непроглядную тьму, и Лили заторопилась, желая как можно скорее оказаться дома. Подойдя к своему миниатюрному коттеджу, она увидела, что над его трубой вьется дым, а в комнате кто-то зажег свет.
Лили подкралась к окну и, взобравшись на не засеянную еще клумбу, заглянула сквозь запотевшее стекло. За ее столом, по хозяйски покуривая трубку, расположился Калеб.
- Что вы здесь делаете, Калеб Холидей? - вскричала она, пинком распахнув дверь и кометой влетая в комнату.
- У тебя почти кончились дрова, - невозмутимо отвечал он, - вот я и принес немного из своего запаса. Мне скоро должны привезти еще.
- Разве для этого надо было забираться в мой дом и располагаться здесь как хозяин?
- Апрельские вечера бывают ужасно холодными, - со вздохом отвечал Калеб, попыхивая трубкой. Вопреки ожиданиям Лили, говорил он совершенно серьезно и ироническая усмешка не кривила его губы. - Я хотел, чтобы у тебя в коттедже было тепло, вот и все.
- Ну, во всяком случае, я не люблю, когда у меня дома курят, пробормотала Лили, не сдаваясь.
- Вот когда ты обзаведешься собственным домом, тогда и будешь устанавливать свои порядки, - спокойно сказал Калеб. Голос его звучал утомленно. - Присядь, Лили, нам надо кое о чем поговорить.
Чувствуя себя слишком усталой, чтобы спорить, Лили сбросила плащ и уселась, подперев рукой подбородок.
- Ты ужинала сегодня?
- Калеб, я не ребенок. И ем тогда, когда захочу.
- Чудесно. - Он пожал плечами и налил себе в чашку кофе из ее кофейника, при этом ему и в голову не пришло хотя бы для приличия сказать что-то вроде "с вашего позволения, мэм". - А теперь расскажи мне, пожалуйста, о своем брате. Лили сердито посмотрела на Калеба.
- Его зовут Руперт Соммерс, и он учитель в школе, - неохотно отвечала она.
- Твои сестры?
Лили поднялась и стала наливать себе кофе, чтобы скрыть волнение, вызванное этим вопросом. В такие вот ненастные ночи, смертельно устав за день на работе, Лили думала о том, что вообще не суждено встретиться с сестрами.
- Я ведь уже рассказывала тебе о них. Что ты еще хочешь знать?
- Я просто сгораю от любопытства, мне интересно все до мелочей, отвечал Калеб.
- Их зовут Каролина и Эмма. Каролина самая старшая; ей сейчас двадцать один год. У нее темные волосы и карие глаза. Эмме двадцать лет. У нее золотистые волосы с медным отливом. А глаза голубые.
- И это все, что тебе о них известно?
- Я тринадцать лет не видела их, Калеб. - Лили с чашкой кофе вернулась за стол. - Мы часто пели вместе, - едва слышно прошептала она. В ушах зазвенели слова их детской песенки.
Цветочки цветут на лужайке...
все трое так любят друг друга...
маргаритка, и роза, и лилия...
- У Эммы был самый верный слух и голос, - продолжила Лили вслух. - А Каролина любила всеми руководить - особенно мною.
- Это естественно, ведь ты же была самая младшая, - впервые позволил себе улыбнуться Калеб.
Лили ясно, словно наяву, услышала, как поучает ее Каролина:
"...Поспеши и застегни свои башмачки, Лилли-дилли... и не реви, я обещаю, что все будет хорошо... а когда я стану взрослой и разбогатею, я куплю для тебя кучу самых красивых платьев..."
- А у тебя есть братья или сестры?
- У меня есть старший брат, Джосс, и младшая сестренка, Абигейл, отвечал Калеб, во взгляде которого промелькнула неподдельная тоска.
- И они живут в Пенсильвании - в Фоке Чейпл?
- Вы с Эммой и Каролиной - дочери одного отца? - торопливо кивнув, поменял тему разговора Калеб.
Хотя он задал слишком деликатный вопрос, Лили просто не хватило сил напомнить ему об этом. Все, что она хотела - добраться наконец до ванны и потом отправиться спать.
- Я не знаю, - честно призналась она, поскольку стыд и горечь давно уже перегорели за эти годы. - Но фамилия у нас у всех одна.
- Мы с Сандрой уезжаем завтра, с самого утра, - непринужденно сообщил он, поднимаясь и отодвигая стул. Лили ощущала какой-то странный, возникший между ними в последнее время барьер: словно это не Калеб так недавно сжимал ее в объятиях, не он сливался с нею в неудержимом страстном порыве.
И вот Лили покинута - после того, как случилось непоправимое. Бесценный дар, женское целомудрие, она отдала ему. И теперь он утратил к ней интерес.
- Доброй ночи, Калеб, - произнесла она, следя за тем, как он направляется к двери.
