- Я не могу устоять, - простонал он, и его руки подхватили ее, приподнимая навстречу его восхитительным, чудесным ударам. - Я не в силах остановиться... о, Боже... Лили... Лили...
На какое-то мгновение Лили испугалась, ибо Калеб еще ни разу не брал ее с такой примитивной страстью; и даже в самые напряженные моменты их близости она чувствовала, что он сдерживает себя. Этой ночью пали последние преграды: он вел себя, словно дикий жеребец, неутомимый, грубый, ведомый одним лишь инстинктом.
Когда Калеб испустил крик воина-победителя и рухнул на нее без сил, Лили затопила волна нежности. Она крепко обнимала его, пока он лежал, задыхаясь, изнемогая, у нее в руках.
- Будь ты проклята! - были первые его слова, которые он произнес, снова обретя способность говорить.
- Какие ласковые слова, - рассмеялась сквозь слезы Лили.
- Я же мог придушить тебя, маленькая мегера. - Слова все еще с трудом шли у него из горла, и заключенная в них угроза казалась вполне реальной. Ты отказываешься выйти за меня и при этом считаешь себя вправе вползать в мою постель и делать из меня сумасшедшего!
- Ты поверишь мне, если я скажу тебе, что сожалею об этом? - спросила она, проводя вокруг его соска пальцем и с восторгом наблюдая, как охотно откликаются на ласку едва заметные мышцы.
- Нет, - отрезал он, отшвырнув ее руку. - И прекрати это!
- Не будь таким грубым, Калеб. - Лили поцеловала его подбородок. Вспомни, сколько раз ты унижал меня. Я лишь плачу тебе твоей же монетой.
Он засмеялся, припал к ее шее и целовал прохладную, в лунном свете похожую на слоновую кость кожу, пока Лили не разгорелась под его поцелуями. В этот второй раз он любил ее с мучительной медлительностью, вырывая из нее ответ за ответом, пока не овладел ею полностью.
Когда все было кончено, Калеб привлек ее к себе и чмокнул в макушку.
- Доброй ночи, вертихвостка.
***
Лили спала глубоко, без сновидений, и, когда она проснулась, солнце уже вовсю сияло на небе, а Калеба и след простыл. В ужасе она подумала, что он оставил ее одну. Она приподнялась на локте и испуганно огляделась.
Спутанные кони паслись неподалеку, но Калеба видно не было.
Лили застегнула рубашку и натянула штаны, которые запутались ночью у нее в ногах. Когда она вылезала из одеяла, к костру, улыбаясь, вернулся Калеб.
- Доброе утро, - произнес он, окинув с добродушным любопытством приведенный в полный беспорядок наряд Лили.
- Доброе утро, - выдавила Лили, почувствовав странное смущение и отводя глаза. Обнаружив в некотором отдалении свои туфли, она подтащила их поближе и уселась на одеяло, завязывая шнурки.
- Мы перекусим что-нибудь на завтрак в Тайлер-вилле, - объявил Калеб, начиная седлать коня Лили, - но перед этим тебе стоит переодеться в платье и сделать что-нибудь со своей шевелюрой. Хватит уже и тех сплетен, которые пойдут после того, как мы вместе вернемся в форт Деверо.
Лили застыла на месте при мысли об этом. Теперь, когда возвращение было неотвратимо, она вспомнила и надменную даму в повозке, и тех двух леди, которые брезгливо подбирали юбки, проходя мимо нее по улице.
- Бывают такие минуты, когда я сожалею о том, что когда-то сбежала из Спокана, - невольно призналась она.
- Какой бы ты ни подвергалась при этом опасности, я рад, что ты это сделала, - отвечал Калеб с любящей, ободряющей улыбкой.
Лили покосилась на него и снова отвела взгляд. Она вела себя возмутительно прошлой ночью, и воспоминание об этом разжигало в ней стыд и уверенность, что она пойдет по стопам своей матери.
- Люди не посмеют оттолкнуть тебя, - сокрушенно заметила она. - И женщины не станут при твоем приближении отдергивать юбки и публично запрещать детям говорить с тобой.
- О чем ты? - Калеб повернул ее к себе лицом.
- Они считают меня шлюхой, - пояснила она в отчаянии еле слышным голосом и уткнула лицо в ладони. - И, возможно, они правы.
- Лили, - Калеб отвел ее руки и заглянул ей в глаза, - все, что нужно сделать, чтобы заткнуть им рты - выйти за меня замуж. Сделай это - и они станут целовать тебе ноги.
- Я не могу, - прошептала Лили. - Калеб, ты ведь знаешь, что я не могу, и знаешь почему.
С сокрушенным вздохом он оставил ее. Забросав угли костра дерном, он направился к лошадям и взялся за сбрую.
***
Часом позже они с Лили въезжали в Тайлервилль. И хотя они нарочно не поехали по главной улице, навстречу им попалось и так достаточно много зевак.
Калеб снял для Лили комнату в отеле и приказал принести туда горячую воду, а сам скрылся в салуне. Лили поднималась по лестнице, волоча саквояж. Растрепанные пряди слипшихся волос беспорядочно свисали ей на плечи. Две пожилые матроны, не скрываясь, уставились на ее брюки и рубашку.
Лили показала им язык и скрылась в своей комнате.
В полном изнеможении она сидела в номере на кровати, когда появилась горничная с чаном горячей воды, который она поставила посреди комнаты. Это была полная женщина с темными волосами и грубыми чертами лица. Она с откровенным любопытством оглядывала Лили.
- Ваш мужчина приказал прислать в номер горячую воду и завтрак.
