Я думала об этом всё время, пока мы были в волшебном саду. Я поняла, что самый надежный и безопасный способ снова оказаться там – это вернуться к воротам парка, а затем подняться на холм. Для Пикси это был долгий путь, и коляску с ней было тяжело везти по тропинкам, поэтому мне пришлось всю дорогу нести её на закорках. С Бэкстером и Блисс всё было в порядке. Странно – дома они всегда хныкали, если нужно было дойти до конца дороги, но в парке стали привыкать проходить сразу по несколько миль.
Мозоли Блисс подсохли, и она скакала на одной ножке рядом со мной, и Бэкстер бежал, приплясывая, вперёд, затем вприпрыжку возвращался и обегал несколько кругов вокруг нас.
Нам встретилось ещё больше гуляющих и владельцев собак, но никто из них не обращал на нас никакого внимания. Там была одна доброжелательная хрупкая дама с маленьким белым пуделем, которая нам улыбнулась, поэтому я осмелилась спросить её, правильно ли мы идём к волшебному саду.
– Ты имеешь в виду посадки азалий и рододендронов? Да, это волшебный сад, моё любимое место. Просто идите по узенькой тропинке в траве, и дойдёте за десять минут.
Её пудель был таким же дружелюбным, как и хозяйка, и тыкался носом мне в ноги. Пикси соскользнула с моей спины и погладила его по маленькой кудрявой головке. Бэкстер присел на корточки и тоже погладил, и Блисс не убежала, хотя держалась на расстоянии.
– Не бойся, милая, Сахарок любит людей. Он никогда не кусается. Хочешь тоже подойти и погладить её? – спросила пожилая дама.
Я думала, Блисс спрячется за меня, но она вышла вперёд и осторожно погладила собачку. Она только пощекотала её кончиком пальца, но это было всё равно удивительно.
– Вот так, – сказала пожилая дама. Она всё ещё улыбалась, но смотрела мимо нас. Я знала, что она ищет.
– Вы ведь гуляете не одни, правда? – спросила она Блисс.
– Мы с нашей сестрой, – прошептала она.
Пожилая дама с сомнением посмотрела на меня.
– С нашей старшей сестрой, – пришёл на помощь Бэкстер, кивнув головой в сторону несуществующей фигуры вдали.
– Она со своим бойфрендом – мы просто идём за ними, – мягко объяснила я. – Нам лучше их догнать.
Мы сказали «до свидания», погладили на прощание Сахарка и убежали.
– Ты молодец, Бэкстер! Надо же придумать байку про сестру! У тебя получилось почти так же хорошо, как и у меня, – похвалила я.
– Я тоже сказала про сестру, – уточнила Блисс.
– Да, и ты вела себя очень храбро с Сахарком.
– Он такой милый пёсик! Лили, а можно нам такую же собачку? – спросила она.
– Конечно, можно, – разрешила я. Может быть, теперь всё зависит от меня. Я была мамой Лили, а они – моими детьми. Бэкстер немножко успокоился, Блисс перестала быть такой робкой, а Пикси превратилась из младенца в настоящую маленькую девочку. Я о них заботилась, добывала им еду, организовывала игры, рассказывала сказки, водила их на длинные чудесные прогулки, нашла для них волшебный сад… Тут я увидела деревья, чугунную ограду, красивую калитку с причудливым узором.
– Вот он, волшебный сад, – сказала я, ведя их туда.
Мы играли в принцев и принцесс, в то, что это был наш собственный волшебный сад. Люди, прогуливающиеся вокруг, были нашими слугами, которым разрешалось подышать воздухом в нашей королевской резиденции, потому что мы были такими добрыми и щедрыми.
Мы заприметили двух толстых тёть, которые ковыляли по тропинке.
– Это наши поварихи, – прошептала я. – Мы дали им выходной. Вот почему сегодня мы сами должны думать о еде.
Симпатичный старичок в вельветовых штанах, разглядывающий цветы, был нашим садовником; ещё один мужчина в полосатом пиджаке – нашим водителем. Я разрешила Бэкстеру выбирать любые королевские машины. Шикарные дамы в платьях отвечали за наш королевский гардероб. Мы с Блисс долго обсуждали наши церемониальные наряды. Улыбчивого мужчину я назначила нашим особым королевским изготовителем мороженого и позволила Пикси выбирать любые наполнители. Её выбор был довольно странным: мороженое с ирисками, мятное мороженое, мороженое с кукурузными хлопьями и даже куриное мороженое, – но я сказала, что, судя по названиям, всё это очень вкусно.
Какая-то бабушка кормила на пруду уток со своим внуком примерно возраста Пикси.
– Она наш главный служитель королевского зоопарка, – прошептала я. Знаете, у нас ведь не только утки. У нас самые разные птицы – лебеди и гуси, пеликаны и фламинго, – а в тех больших глубоких прудах, в которых мы шлёпали по воде ногами, у нас живут собственные дельфины.
У внука-малыша совсем не получалось кормить уток. Он никак не мог понять, как надо кидать хлеб. Он просто его ронял, и каждый кусочек падал ему на ноги.
– Нет, дорогой, тебе нужно его кидать, – говорила бабушка. – Попробуй слегка размахнуться!
Она показала, как это нужно делать, и он попытался повторить за ней, но, слишком наклонившись вперёд, не удержался и плюхнулся в воду, а она не успела его схватить.
– Ой, Бенджи! – закричала она, пытаясь до него дотянуться.
– Я его вытащу, а то вы ещё брюки намочите, – предложила я, входя в воду и беря его на руки. С ним было всё в порядке – он только до нитки промок и кричал что есть мочи.
