Ее бедра расширились, кожа приобрела темный оттенок, вены загорелись необузданной магией, оплетая стройное тело, груди увеличились, наконец выросли настоящие величественные рожки, искрящиеся тьмой и первородной магией. Ее крылья видоизменились. Стали мощнее, опаснее.
Понимая, что сейчас любимая кроме наслаждения ничего не чувствует, я перестал себя сдерживать. Мощно, грубо, с жадностью врывался в ее лоно снова и снова, кроша когтями спинку кровати.
Стоны и рычание звучали в унисон. Пришлось накрыть комнату пологом тишины, дабы нас не услышали посторонние, живущие на этаже, и продолжить наше страстное утро, пока не упадем от переизбытка наслаждения.
Наше единение продолжалось еще очень долго, пока Лия от усталости не вернулась в свое привычное тело, а я не упал на постель, задыхаясь. Желание, подгоняемое связью, не пропадало, ибо чертова истинность вынуждала нас зачать ребенка прямо сейчас. Пришлось бороться с сущностями.
Более-менее вернув рассудок и выровняв дыхание, мы смогли расслабиться. На какое-то время! Сильный стук в дверь, а за ним и вопль Деймона заставил меня напрячься, а Лию шмыгнуть под одеяло.
— Лия!? Я знаю, что ты там! — рычал брат, тарабаня по двери. — Убери от меня свою шавку! Она мне уже плешь проела!
— Вьюга?! — взволнованно прошептала конфетка, высовыя нос из-под одеяла.
— Отпусти ребенка, злыдень рогатый!- взревел появившийся Бакстер. — Я сейчас тебя в рогалик сверну!
Что-то с грохотом упало, а потом и разбилось. Я тут же подлетел на ноги и, натянув спальные штаны, открыл запечатанную магией дверь, являя нашему взору злющего, горящего яростью брата, с болтающейся у него на штанине Вьюгой. Волчица явно не желала размыкать зубы.
— Вьюга, Фу! — голосил Бакстер, летая над головой Деймона, чье тело уже было готово перевоплотиться. — Он протух еще при царе горохе!
— Я сейчас их обоих сожгу! — прорычал брат серьезно, сверкая злой магией. — Убери от меня свой контуженный зоопарк! — взревел на мою фею, отталкивая меня с прохода.
Лия по самую шею закрылась одеялом, с испугу натягивая его еще выше, а меня тут же захлестнул инстинкт. Поймав брата за шкирку, я отбросил его в дверной проем и кинулся к девушке. Загораживая ее своим телом, повернулся к брату, скрестив руки на груди.
— Уйди, Кайм! — прорычал Деймон предупреждающе.
— Успокоишься, тогда поговорим! — не уступал я ему.
— Ты издеваешься!? Эта пиявка мне скоро в задницу вопьется!
