- Э-э-э-э, я не буду отвечать на этот вопрос. Имею право по закону. Могу только сказать, что тебе в этом смысле переживать не о чём. И, похоже, это очень надолго.
- Адвокат дьявола, тоже мне! - фыркнула я. - Леон, послушай, к нам полицейские пришли.
- Что? По какому вопросу? – тон Локи разительно поменялся, я так и видела, как он весь собрался.
- Я не знаю. Я еще не спускалась. Рим сказал ничего страшного и велел тебе не звонить.
- Вот дебил, Господи, прости! Ники, спускайся к этому психу и следи, чтобы он не исполнил ничего. Я уже еду.
Я быстро оделась и сбежала вниз. И застала Риммана в дверях, надевающим куртку. Рядом стояли двое полицейских в форме и один в штатском.
- Что случилось? Рим, ты куда? – встревоженно спросила.
- Ники, все нормально. Без меня из дома ни на шаг, ясно?
Римман пытался сделать беззаботное лицо, но я видела, что за этой ширмой скрывается беспокойство.
- Рим, что происходит? – я посмотрела на полицейских.
- Господин Равьёзо задержан по подозрению в убийстве Темиза Сароева, – официальным тоном ответил мне полицейский.
- Что? – я пораженно уставилась на Риммана. – Темиза убили?
Римман шагнул ко мне и обнял за плечи.
- Ники, я не при чем. Сиди тихо. Леон о тебе позаботится.
- Рим!!!
- Ники, все будет нормально! У них ничего на меня нет.
Я видела, что Римман старается успокоить меня, но сам весь уже как взведенная пружина. И тут я поняла, что, скажи я сейчас лишнее слово или поддайся эмоциям, он наплюет на все и расшвыряет всех, чтобы остаться и утихомирить меня. Его глаза пытливо контролировали моё состояние, и я скрыла разгорающуюся панику во взгляде, чтобы избежать вспышки его защитных инстинктов.
- Ладно, Рим. Я жду тебя дома, - я отступила, подавляя желание броситься следом и цепляться за него.
Полицейский в штатском ухмыльнулся, и они вышли, оставив меня пялиться на закрывшуюся дверь.
Опять меня посетило чувство, что я теряюсь, одна, в злобно настроенном и пугающем меня мире, полном чужих людей, которым на меня наплевать. Усилием воли я отодвинула это ощущение.
Опомнившись, дрожащими руками опять набрала Локи.
- Леон, они его забрали! - стараясь звучать спокойно, сказала я.
- Обвинение? – сухой, деловой тон Локи помогал мне удержаться от слёз.
- Они сказали, что Темиз, мой жених бывший, убит. И Рим подозреваемый.
Локи выдал такую многоэтажную конструкцию из мата, что у меня дух перехватило.
- Вот ведь чувствовал, что нельзя его отпускать! Неужели он все-таки вчера к нему поперся? – зарычал Локи.
- Что? Что ты имеешь в виду, Леон?
Но, похоже, просвещать на эту тему Локи меня пока не собирался.
- Так, Доминика, я к ментам, а ты сядь и сиди тихонько. Я все узнаю и вернусь.
- Да что вы мне все указываете! – слёзы переплавились в злость.
- Доминика, цыц! Сейчас мне еще тебя с истерикой не хватало. Я все узнаю и вернусь. Сиди и жди!
- Прекрати мне указывать, что делать, Локи! – заорала я на него.
- Доминика, сейчас же успокойся! Ты должна тихо сидеть дома и ждать, поверь мне. Я вытащу Риммана в любом случае. Все, что ты можешь сделать прямо сейчас – это ждать. Просто подумай, что устроит Рим, если до него дойдет, что ты шляешься где-то по городу без достойной защиты. Он от полицейского отделения камня на камне не оставит. Нам это нужно?
- Нет.
- К тому же мы не должны упускать из виду возможность того, что это провокация, чтобы заставить тебя выбраться из-под защиты Риммана. Так что умоляю – просто сохраняй спокойствие.
- Хорошо. Я сижу и жду, – смирилась я.
- Умница, девочка.
И Леон отключился, прежде чем я смогла запретить ему называть меня так.
Я металась по дому, чувствуя себя как в клетке. Наши отношения с Римманом отошли для меня сейчас на второй план. В моей голове не укладывалось, что Темиз мертв. У меня никогда не было к нему каких-то трепетных чувств или сильной привязанности. Для этого мы, собственно, даже не были достаточно знакомы. Я никогда не была в него влюблена. Даже подростком, когда, вроде, чтобы увлечься много не надо, я никогда не испытывала ни волнения, ни смущения в его присутствии. Хотя он был, несомненно, красив и окружен аурой чисто мужского притяжения, и я видела, как на него смотрят девушки. Мы мало общались. Пока я была еще ребенком, понятно, что он не очень понимал, о чем ему – парню, у которого уже гормоны бьют через край, говорить с сопливой девчонкой. Но и когда я стала старше, мало что изменилось. К тому же Ариман никогда не оставлял нас наедине. Поэтому наше общение было всегда чисто формальным и ограничивалось вежливыми и ничего не значащими вопросами-ответами.
Он был для меня чужим, но это не значит, что я не переживала сейчас факт его смерти. Осознание того, что вчера еще он стоял на этой кухне, как всегда безупречный и холодно-надменный, а теперь его больше нет, не укладывалось пока в моей голове.
Еще одна смерть, и опять так близко ко мне. Я словно была обречена метаться в этом замкнутом круге чужих смертей. Как будто я была катализатором всех этих ужасных вещей, что творились вокруг.