- Она ещё спрашивает... Сама думай: если б такое возможно было, ежели б я такое умела, так неужто б не сидела я сейчас на любом из земных тронов? Неужто не правила бы я всем подлунным миром? Хотя... да, слышала я, что сиживали и женщины на тронах, да повыше мужей, так что, может, и возможно. Да только я всё одно такого не умею, а то б не пряталась всю жизнь в этих развалинах. А ты чего задумывала-то? - с сочувствием покачала головой старуха, глядя на поникшую девушку. Та рассказала свой нехитрый, и уже неосуществимый план по околдовыванию сторожей двух винных складов, где затоваривались вином семьи обидчиков, и дворовых виночерпиев, и слуг и... вобщем, всё было напрасно.
- Так ты не горюй,- утешила Асмерта. - Можно месть твою осуществить и без такого приворота. Только амулет надо будет сделать, да на крови...
- На чьей? - хмуро поинтересовалась Мария.
- Да не бойся, - поняла её ведьма. - Со всех твоих обидчиков кровь добывать не придётся. Но вот твоя кровь и кровь твоего ребёнка понадобятся.
- Так я ж... - ахнула в ужасе девушка.
- Понесла ты уже, знаю я, - вперила в неё взгляд ведьма. И прошипела, - передумала? Испугалась-таки цены? Или думала, что всего-то надо будет ещё разок ножки раздвинуть? Нееет, девка. За страшные дела и расплата страшная. За смерти тех, кого сама выберешь, жизнь нерождённого своего отдашь, а других у тебя не будет. Пожертвуешь...
Отблески костра плясали на обнажённых телах совокупляющихся ведьм. Тишина разрывалась сладострастными стонами. Марии стало противно до рвоты. Ей показалось, что настоящая стрегерия здесь только одна Асмерта, а остальные лишь тешат свою низменную порочность и потакают запрещаемому христианством сластолюбию. Настоящая ведьма назначила настоящую цену за свою помощь...
Мария невидящими глазами смотрела и сквозь пламя, и сквозь колонны и стены, видя себя с ребёнком на руках, кормящую грудью, улыбающуюся своему супругу...
"не будет", "не будет", "не будет"...
Стоит ли оно того? А как иначе вырваться из этого плена? Бежавших слуг ищут и, чаще всего, находят. И тогда либо язык рвут, либо ухо отсекают. Могут и руку отрубить. А если хозяин разозлился всерьёз, то может и с судьёй договориться, чтоб повесили в назидание. Можно, конечно, добраться до Генуи, а там -- малого приворота для капитана галеры будет достаточно. Но куда направиться? В Андалусию, в Магриб, в Никею, в Эпир? Где безопасно? Долго ли продлится свобода молодой женщины без денег и защитника даже в Провансе или Лангедоке? Да и как жить просто сбежав? Как затушить этот пожар в груди, эту полыхающую ненависть? Как не отомстить за маму, за себя?
Травинки под руками 15-ти летней девочки жухли и осыпались сухой трухой.
- Когда? - тихо спросила она.
- А вот в шесть месяцев выкинешь, - немедленно отозвалась Асмерта. - Тогда и начнём ритуал. Кровь из сердца младенца сама возьмешь...
***
