— К слову, что такая очаровательная мисс забыла подле столь мерзкого гаденыша, как вы? Хотя сомневаюсь, что она продержится на этом месте долго — ведь прекрасный пол в вашем окружении интересует только возможность получить хорошие знания по зельям и больше ничего. — Улыбка прорезавшая его лицо была уж слишком глумливой. Он явно намекал на Лили. Да как смеет этот мерзавец даже упоминать о ней! Не будь она рядом с четверкой этих подонков, она бы точно сейчас была жива.
Едва сдержавшись, чтобы в магловской манере в дополнение к покореженному лицу не добавить свернутую челюсть, я прошипел:
— Не тебе, тварь, судить о мотивах человеческих поступков. Что ты вообще знаешь об этом? А к Элиз даже приближаться не смей. Если я еще раз замечу тебя рядом с моей родней — не посмотрю, что тебя пригласил сам Дамблдор. Просто в один не самый прекрасный день министерство получит извещение о том, кто именно преподает в Хогвартсе.
— И не побоишься гнева директора? — Люпин все еще криво усмехался, но его слегка побледневшее лицо, выдавало, что моя угроза попала в цель.
Я откинул назад опавшую на глаза челку, слегка успокаиваясь. Даже в обращении сбился — непозволительное упущение. Давненько я себе не позволял такие ошибки. Уж слишком о многом мне напомнила эта мерзкая рожа.
— А вы подумайте — кто для него ценнее? Известный Мастер Зелий, сведущий также в темной магии, или заурядный оборотень, от которого одни проблемы? Думаю, ответ очевиден.
Повисло молчание. Мы буравили друг друга ненавидящими взглядами, но он сдался первым. С шумом выпустив воздух сквозь зубы, Люпин невесело рассмеялся.
— Как вы это себе представляете? Мы работаем вместе.
— Я прекрасно знаю, что такое работать «вместе» в Хогвартсе. В крайнем случае вы будете пересекаться три-четыре раза в день. Хватит вежливого приветствия, но не более.
— Вы так печетесь о ней. И юная мисс очень тепло отзывается о вас, так яростно защищает… — Протянул оборотень и в его глазах вспыхнула странная искра, но мысли Люпина были слишком разрозненны, чтобы понять к чему конкретно она относится. — Не боитесь, что ваша забота только выйдет ей боком? Прецедент ведь уже был…
Он знает. Как он узнал о том, что я сделал? Ведь только Дамблдор был в курсе… Ах, Моргана и все ее проклятые демоны!
Стремительно выхватив палочку, я устремил ее практически в лицо моему врагу. Тот потянулся за своей практически в тот же момент, но оборотень всегда проигрывал мне в ловкости. Люпин так и замер, неотрывно глядя на светящийся кончик моей палочки, будто на приготовившуюся к броску гадюку.
— Я тебя предупредил. Еще хотя бы полшага в сторону Элиз и я тебя уничтожу. А теперь выметайся!
Одного лёгкого движения хватило, чтобы входная дверь с грохотом распахнулась от стремительного порыва ветра. И в этот раз мне не пришлось повторяться дважды. Молча встав и отдернув поношенный пиджак, Лунитик с достоинством удалился, даже не разу не обернувшись, хотя я так и не спрятал свою палочку. Это довело меня практически до бешенства. И что-то подсказывает мне, что моего доброго совета никто не послушает. Что ж, ты сам напросился.
В классе, я занялась подготовкой нужных ингредиентов для третьего курса. Это позволило мне расслабиться и отвлечься от неприятной беседы. Ну вот как такое могло произойти чтобы третий год подряд на место преподавателя защиты от темных искусств приглашали до крайности несуразных личностей?
Прошло больше получаса прежде чем входная ручка повернулась и в класс вплыл Снейп. За ним по пятам леветировала стопка книг, как недавно это продемонстрировал Люпин. Обведя взглядом класс, он довольно хмыкнул. Сама атмосфера в помещении враз стала на несколько градусов теплее. Я это ощутила на каком-то подсознательном уровне, хотя ни один мускул не дрогнул на лице моего патрона. Неужели он доволен тем, что я не впустила профессора Люпина в класс?
— Наслышан, что ты уже успела свести знакомство с новым членом нашего тесного преподавательского кружка. Поведай мне что же столь любопытное вы обсуждали, что он так благосклонно отзывался о тебе? Неужели профессор Люпин уже успел настолько устать от своего предмета, что решил освоить науку зелий и ты давала ему персональные наставления? Мне стоит опасаться за свое место?
Слово "профессор" он выделил интонацией так, что нельзя было не понять как на самом деле Рус относится к свежеиспечённому коллеге. О как! Кажется кто-то с кем-то не в ладах. Но сама постановка его вопросов показалась мне странной. Шуткой, имеющей двойное дно. Что-то было явно сильно ни так.
— Нет, что ты! Просто новый профессор, как мне показалось, позволил себе много лишнего. Вы были с ним знакомы ранее?
— Шапочно. — Он медленно водрузил книги на мой стол и подошел практически вплотную, настолько близко, что я даже ощутила на щеке его дыхание. — И что же такого говорил обо мне этот прохвост?
