Лиловые орхидеи полностью

Я качаю головой и иду в кабинет Скотта – он выходит из ванной. В его кабинете ужасный беспорядок. Диванные подушки валяются на полу. Повсюду разбросаны бумаги.

– Ты правда трахнул мою свояченицу в своем кабинете? – спрашиваю я, заваливаясь внутрь.

– Будущую, – поправляет он. – Будущую свояченицу. Я пока что не нарушил никаких правил, друг мой. И да, но только после того, как я трахнул ее в больнице и потом еще раз в туалете бара.

– Блин, Скотт, ты когда-нибудь повзрослеешь? – спрашиваю я. – Чувак, в больнице? Серьезно?

– Ну там было столько пустых палат, а в них столько совершенно прекрасных кроватей, что когда я наткнулся на Скайлар после того, как занес тебе вчера контракты…

Я смотрю на часы. Мэддокс скоро проснется.

– У меня нет времени на все эту фигню, – говорю я. – Мне нужно идти завтракать с Мэддоксом. Просто оставь Скайлар в покое. Ей не нужен очередной плейбой.

– Она сама ко мне подкатила, Гэвин! – говорит он. – Ей двадцать четыре года. Кажется, она знает, что делает.

Я качаю головой, думая, как хорошо, что Пайпер – младшая сестра Бэйлор – находится вне досягаемости Скотта.

– Просто держи свою ширинку застегнутой. Пожалуйста, – прошу я. – Не хватало еще, чтобы Бэйлор волновалась из-за того, что ее сестра спит с половиной Лос-Анджелеса. Ей и так хватает волнений.

Он опускает голову.

– Прости, приятель, – говорит Скотт. – Это в любом случае было на один раз. – Он ухмыляется. – Ну то есть на пять раз, но больше это не повторится.

Я уже поворачиваюсь, чтобы уйти, когда замечаю нечто, от чего у меня глаза вылезают из орбит.

– И сотри чертовы отпечатки задницы со стеклянной стены!

– Она уже большая девочка, Гэвин, – говорит мне Бэйлор, когда я все же проболтался про похождения Скайлар. – Не каждый находит свою половинку в восемнадцать лет, знаешь ли. Она уже переспала с половиной Нью-Йорка, поэтому неудивительно, что здесь она занимается тем же самым.

– Ты не злишься? – спрашиваю я.

Она качает головой.

– Я давно перестала злиться на ее невоздержанность, – говорит Бэйлор. – Скайлар – прекрасная сестра, и я готова на все ради нее, но девушка из нее просто ужасная. Она соблазняет парней, но потом, как только они подают хоть какие-то знаки привязанности, бросает их. Просто она такая. И ее не изменишь.

– Может, стоит подарить ей брелок, – говорю я. – Эта чертова штуковина просто волшебная!

Бэй хихикает, и я осознаю, что впервые за месяц слышу ее смех.

Я наклоняюсь и целую ее.

– Если ты не злишься, то я, пожалуй, тоже не буду.

– У меня есть куча других причин, чтобы злиться, вместо того чтобы переживать по поводу похождений моей сестры.

Я киваю, молчаливо соглашаясь с ней.

– Меня сегодня выписывают, – с улыбкой сообщает она.

– Знаю. Я говорил с твоим врачом. Он сказал, что тебе можно лететь на самолете, но нужно будет прийти на осмотр к врачу сразу после того, как мы переедем. То есть если мы переедем. Ты уже что-нибудь решила?

– Да, – говорит Бэйлор, выпрямляя спину. – Я не хочу оставаться в одном городе с этой ужасной женщиной ни на минуту дольше, чем это действительно необходимо. Вчера я обсудила это с родителями Кэлли. Они оба согласились, что мы вряд ли сможем представить убедительные доказательства, потому что даже если Карен сообщила преследовательнице, где я нахожусь, она не может нести ответственность за ее действия. Они тоже не хотят разводить канитель. Это не сможет вернуть Кэлли.

Я целую ее в висок.

– Хорошо, тогда я запущу процесс переезда. Через неделю будет не слишком рано для тебя?

– Вчера было бы не слишком рано для меня, Гэвин, – говорит она. – Но есть две вещи, которые я хочу сделать до возвращения в Мейпл-Крик.

– Что угодно. Только скажи.

– Я хочу сходить на могилу Кэлли. И я хочу встретиться с Карен.

– У тебя ведь нет при себе огнестрельного оружия, ножа или ручной гранаты, правда? – спрашиваю я у Бэйлор, когда мы подходим к шикарной двери моего бывшего дома.

Она смеется:

– Нет. Но не буду обещать, что не воспользуюсь вот этим. – Бэй поднимает кулачок. Я широко раскрываю глаза, и она быстро добавляет: – Не волнуйся. Я никогда не ударю беременную женщину. Даже если она такая сволочь, как Карен. Как тебе удалось уговорить ее с нами встретиться?

– Ну, по правде говоря, с тобой она не соглашалась встречаться. Я сказал, что ты уезжаешь и что я хочу с ней встретиться.

– О боже, Гэвин! Она думает, что ты хочешь к ней вернуться?

– Мне наплевать на то, что она думает, милая. Ты хотела с ней встретиться. Я способен дать тебе то, что ты хочешь.

Я кладу руку ей на шею сзади.

– Я всегда буду давать тебе то, что ты хочешь, Бэй.

Дверь открывается, улыбка на лице Карен быстро исчезает, и она поджимает губы. Она вызывающе скрещивает руки на груди и злобно выпаливает:

– А что она тут делает?

– Бэйлор хочет с тобой поговорить, прежде чем мы переедем на Восточное побережье, – говорю я.

– Мы? – она надувает губки. – Ты переезжаешь с ней?

Карен переводит злобный взгляд с Бэйлор на меня и обратно.

– Я не хочу ее видеть в своем доме.

Она начинает закрывать дверь, но я успеваю вставить ногу.