– Может быть, но я еду не для этого, – объясняю я. – Поездку запланировали еще в начале прошлого семестра. Это поездка по программе «Учись и работай», она будет неплохо смотреться в приложении к диплому. И да, я выбрал Бразилию потому, что они там чертовски классно играют в футбол.
– Мне кажется, это будет прекрасным опытом! – говорит Бэйлор.
Кажется, она и правда за меня рада.
Мне страшно сказать ей то, что я должен ей сообщить, но я обещал себе, что всегда буду говорить Бэйлор правду. Я вздыхаю.
– Милая, я поеду со своей подругой Карен, – говорю я. – Если бы я мог сейчас что-то изменить, я бы это сделал, но деньги уже заплачены и возврату не подлежат. Если бы я знал… в общем, не согласился бы. Но я уже дал согласие и теперь не знаю, что делать. Прости.
– Гэвин, ты не виноват, – говорит она. – Мне кажется, это будет невероятным опытом…
– Что будет невероятным опытом? – прерывает нас вернувшаяся за столик Скайлар. – Секс между вами? – хихикает она.
Ее смех звучит так же, как смех Бэйлор, но он не оказывает на меня никакого воздействия. Это хорошо, иначе был бы просто какой-то разврат.
– Боже, Скайлар, прекрати себя вести как ребенок! Гэвин рассказывал мне, что поедет летом в Бразилию, – говорит Бэйлор. – Со своей подругой Карен. Разве это не чудесно?
Я вижу, что она только делает вид, что рада.
Я знаю ее совсем недолго, но уже могу отличить, когда она радуется, когда грустит, а когда просто врет. И я точно знаю, что с той секунды, когда я сказал, что поеду с Карен, ее враньеметр просто зашкаливает.
Скайлар широко улыбается.
– С подругой, значит? – спрашивает она, переводя взгляд с Бэйлор на меня и обратно. – А ты рассказала Гэвину, что летом будешь работать в ресторане вместе с Крисом?
Теперь мой черед взять себя в руки, когда я чувствую, как напряглась Бэйлор.
– Значит, Крис работает в ресторане твоих родителей? – спрашиваю я, поворачиваясь, чтобы посмотреть Бэйлор в глаза.
– Да, – говорит она. – Он там работает уже пять лет. Думаю, папа готовит его к тому, чтобы передать ему управление рестораном, раз ни одна из его дочерей не хочет этим заниматься.
Я смотрю на Скайлар:
– Правда? Ты не хочешь управлять рестораном «У Митчелла»? А чем ты хочешь заниматься, Скайлар?
Я пытаюсь поддерживать светскую беседу, чтобы не сжать кулаки и не пустить пар из ушей при мысли о том, что Говнюк будет работать бок о бок с
– Управлять рестораном? В Мейпл-Крик? – Скайлар смеется. – Ну уж нет! Как только мне исполнится восемнадцать, я перееду в Нью-Йорк. У меня много опыта, я уверена, что найду отличную работу в каком-нибудь престижном месте.
– В Нью-Йорке? – спрашиваю я.
Скайлар кивает:
– Да! – Она чуть не подпрыгивает от восторга. – Обожаю Нью-Йорк! Каждый раз, когда мама или папа едут туда по делам, я езжу с ними.
– А Пайпер? – спрашиваю я. – Сколько ей? Двенадцать? Что
Скайлар закатывает глаза.
– Она его терпеть не может. Папе приходится ее практически заставлять помогать там по выходным. Пайпер говорит, что не хочет обслуживать неблагодарных посетителей. Но она еще молода, так что кто знает, – произносит умудренная опытом шестнадцатилетняя девушка.
Сестры обсуждают Нью-Йорк, а я мысленно считаю дни, остающиеся у нас с Бэйлор до вынужденной разлуки. Почему я не пригласил ее на свидание в прошлом семестре? Может, узнать, не осталось ли мест для поездки по программе «Work and Travel»?[6] Я даже мог бы за нее заплатить.
Но тут я вспоминаю, что поехать могут только студенты, прошедшие подготовительный курс по учебе за границей.
– Гэвин? – Я поднимаю глаза и вижу, что обе девушки встали и смотрят на меня. – Ты готов?
– Да, конечно.
Я вскакиваю.
Возле общежития мы с Бэйлор целуемся на прощание под оценивающим взглядом Скайлар. Я желаю им обеим хорошо провести время завтра. Потом иду домой и строю планы заговора, в результате которого США в течение ближайших трех месяцев начнут войну с Бразилией.
В полночь я залезаю в постель.
