Лиловые орхидеи полностью

Я глажу ладонями ее лицо и волосы, сексуально растрепанные после сна. Я хочу, чтобы она осталась у меня на весь день. Я эгоистично хочу запереться с ней у себя в спальне и не делить ее ни с кем. Я случайно нашел спрятанное сокровище, ценный бриллиант. Если о нем узнают, мир погрузится в хаос. Из-за женщин разгорались целые войны, и я совершенно уверен, что если бы кто-то знал об истинной глубине Бэйлор, кто-то более достойный отнял бы ее у меня.

Я ее не заслуживаю. Она олицетворяет собой все милое и доброе. Но теперь у меня нет выбора. Я просто должен быть с ней. После нее я не могу быть больше ни с кем. Черт, я принадлежу ей!

– Доброе утро, – застенчиво говорит она, прикрывая свою обнаженную грудь простыней.

В этот момент я осознаю, что даже не заметил, что ее грудь была обнажена. Я был настолько сосредоточен на ее лице, что не заметил ту часть тела, которая сразу покорила бы любого мужчину.

– Все в порядке? – спрашиваю я.

– Все просто прекрасно, – отвечает она, и ямочка на ее щеке подтверждает, что это правда.

Бэйлор утыкается носом мне в шею и произносит:

– Обожаю твой запах.

Я провожу рукой по ее спине, от чего она вздрагивает.

– Обожаю, как твоя кожа трепещет от моего прикосновения.

Ее слова звучат приглушенно, потому что она зарылась в меня лицом:

– Это потому, что мне нравятся твои прикосновения.

– Привыкай к ним, потому что я собираюсь прикасаться к тебе очень часто.

Она вздыхает, переворачивается на бок и прижимается ко мне – ее глаза расширяются от удивления, когда она чувствует, что ей в ногу упирается мой утренний стояк.

Я хихикаю и блаженствую, осознавая, что я первый мужчина, с которым она спала и с которым просыпалась рядом и которого… любила? Как ни странно, мое желание во что бы то ни стало это выяснить пересиливает желание прижаться к ее мягким изгибам.

– Бэйлор, ты была влюблена раньше?

Она качает головой.

– Нет, – подтверждает Бэйлор, от чего по моему телу проходит еще одна волна облегчения. – Ты первый.

– И надеюсь, что последний, – добавляю я.

Она приподнимает голову, так что я вижу ее восхитительную улыбку и мысленно спрашиваю себя, кто же проник ко мне в голову и теперь заставляет меня думать и извергать из себя всю эту романтическую фигню.

Я качаю головой, прогоняя эти мысли, и возвращаюсь к более важным делам. Например, к ее мягким изгибам, прижимающимся к моему затвердевшему члену.

– Пожалуйста, скажи, что у тебя на сегодня нет никаких планов, – прошу я.

Она смотрит мне в глаза:

– Пожалуйста, скажи, что у тебя есть еще презервативы.

Я смеюсь и думаю о том, куда делась моя милая невинная Бэйлор. Кто эта чувственная женщина, чье бедро совершает волнообразные движения вдоль моего члена? Тут я вспоминаю старую поговорку, что мужчинам нужна хорошая девочка в кухне, но шлюха в постели. Ну ладно, я вовсе не хочу сказать, что она ведет себя как шлюха. Может, как женщина, которая только что открыла для себя Святой Грааль или горшок с золотом в конце радуги. Что-то, в существовании чего она была не до конца уверена.

Я тянусь к тумбочке, роюсь в ящике и высыпаю на кровать всю упаковку презервативов. Она широко раскрывает глаза и восклицает:

– Ну прямо Рождество!

– А ты самый лучший из всех чертовых подарков, которые я получал в своей жизни, – добавляю я.

Она краснеет.

Отлично, я рад, что милая девочка все еще осталась где-то там, внутри.

Мы лежим на постели, освещенной теперь уже полуденным солнцем. Мы в полном изнеможении после секса, на который истратили еще два презерватива.

– Милая, когда ты решаешь что-то сделать, ты выкладываешься по полной, да? – дразню я ее.

– Как там говорят? Все или ничего! – смеется она.

Я беру ее за руку, потому что это единственное, на что мое тело еще способно.

– Никогда не выбирай «ничего», – говорю я. – Всегда выбирай «все». Всегда.

Бэйлор хихикает. Она думает, что я шучу.

Я беру наши телефоны, которые принес чуть раньше, когда ходил на кухню за водой. Я перевел их в беззвучный режим, но точно знаю, что у нас обоих полно неотвеченных вызовов, потому что мы были недоступны большую часть дня. На несколько минут мы оба погружаемся каждый в свой телефон.

– Ты сказал Тори, что я не вернусь домой?

Она приподнимается на локте, а я остаюсь лежать на спине.

– Я написал ей вчера ночью, когда ты заснула. Не хотел, чтобы она за тебя переживала, – объясняю я.

Я просто отправил ей эсэмэс, будто бы от Бэйлор, прося Тори не беспокоиться и сообщая, что домой она не придет. Могу себе представить вал сообщений, который она отправила после этого Бэйлор.

Бэйлор наклоняется ко мне и целует в щеку.

– Спасибо, – говорит она. – Это было очень мило с твоей стороны. Я даже не подумала, что она будет волноваться, если я не вернусь домой.

Бэйлор внимательно смотрит на меня.

– Что-то не так?! – спрашиваю я.

– Ты уверен, что у тебя это впервые?

– Что именно? Что девушка впервые проводит у меня ночь?

– Нет, – говорит она, и в ее взгляде проскальзывает огорчение. – Отношения. Ты уверен, что у тебя никогда не было отношений? У тебя очень хорошо получается.