– Извини, – она качает головой. – Конечно, я тебя люблю, Гэвин. Я просто немного рассеянна из-за… ну, из-за всего.
– Эй! Не грусти, – говорю я. – У нас осталось по одному экзамену, и потом все закончится! Не забудь прийти ко мне завтра в двенадцать! Не опаздывай и собери вещи до того, как придешь. У нас будет всего пять часов вместе, и я намерен использовать каждую минуту.
Я сжимаю ей руку для большей убедительности.
Она хихикает. И краснеет.
Завтра в полдень. Вот когда моя Бэйлор ко мне вернется – ну, по крайней мере, на пять часов.
Когда мы встаем из-за стола, мимо нас проходит пара в футболках со «Штучкой Один» и «Штучкой Два».
– А кто «Штучка Один»? – спрашиваю я у Бэйлор.
– Что?
Она кладет почти нетронутый бутерброд на мой поднос.
– Ну «Штучка Один», – говорю я, указывая на уходящую парочку. – У тебя есть футболка со «Штучкой Два». А кто тогда «Штучка Один»?
– А‐а‐а.
Она улыбается и на секунду задумывается об этом.
– Да в общем-то никто, – говорит Бэйлор. – Я купила себе эту футболку во время одного из своих бунтарских периодов в школе. Она служила мне напоминанием, что мне больше никто не нужен. Я знаю, что это глупо.
Я качаю головой и улыбаюсь своей независимой девушке. Потом целую ее на прощание.
– Увидимся завтра в двенадцать, Макбрайд, – говорит она.
– Если только не увидимся раньше, Митчелл.
Я подмигиваю. Она улыбается. Мы расстаемся.
Я закрываю экзаменационный тест и кладу его на преподавательский стол. Ассистент преподавателя кивает мне, и я слегка улыбаюсь. Все утро мое внимание было поглощено загадочным эсэмэс от Бэйлор. Она отправила его в десять утра, прямо перед началом экзамена.
В животе у меня зарождается странное ощущение.
Выходя из здания, я перечитываю сообщения и осознаю, что ни в одном из них нет сокращений или смайликов, которые она обычно использует.
Я направляюсь к ней в общежитие, когда замечаю, что ко мне бежит Карен с грустной улыбкой на лице.
– Гэвин, нам надо поговорить, – говорит она и берет меня под локоть.
– Карен, у нас будет полтора месяца на разговоры. А сейчас я нужен Бэйлор, и у меня с ней осталось всего пять часов.
– Гэвин, это как раз и
Я вопросительно смотрю на нее.
– Дай мне пять минут. Это все, о чем я прошу. Помнишь, мы говорили, что всегда готовы помочь друг другу? Сейчас как раз такой случай. – Она тянет меня за локоть. – Давай присядем вон там. Пожалуйста, Гэвин.
Я делаю выдох.
– Пять минут, – нехотя говорю я, позволяя ей отвести меня в сторонку.
Мы садимся на скамейку, она достает телефон и делает глубокий вдох.
– Ты же знаешь про «Фейсбук»?[10] Этот новый интернет-сайт, да?
– Ага. Джонси мне его показывал месяц назад. По-моему, довольно дурацкий. Эсэмэс я и без него могу писать, так что не вижу в нем никакого смысла. – Я качаю головой: – В чем дело, Карен?
– Ну, там гораздо больше, чем эсэмэс, Гэв. Мне нужно тебе кое-что показать, и хочу, чтобы ты знал, что я всегда готова тебя поддержать.
Она придвигается ближе и ищет что-то в телефоне.
– Если хочешь, мы можем уехать в Бразилию прямо сейчас, сию минуту.
– С какого перепугу я этого захочу? – недоверчиво спрашиваю я.
– Просто посмотри.
Она показывает мне экран своего телефона.
– Вот, это страница Бэйлор в «Фейсбуке».
Я беру телефон у нее из рук и разглядываю фотографию Бэйлор. Я узнаю эту фотографию. Я сфотографировал ее на свой телефон и переслал ей, потому что подумал, что она хорошо получилась.
– И что? – спрашиваю я у Карен. – Я все равно не понимаю, к чему весь этот разговор.
Мое нетерпение нарастает, я хочу побыстрее увидеться с Бэйлор.
– Посмотри внимательнее, – говорит она.
