Быстро бегу в том направлении. И слава дьяволу! Не прогадала!
Даймон стоит ко мне боком и наливает виски в стакан.
— Повтори, что ты сейчас сказал, пожалуйста, — последнее слово вообще сказано шёпотом. Мне немного неудобно и страшновато. Ведь он опять может начать злиться. А что-то мне подсказывает, что я не смогу ему противостоять.
— Ты всё слышала. Я не буду повторять, — отрезает Даймон и продолжает наливать в стакан напиток.
— Дааааймон! Ну скажи! — подхожу к нему и начинаю тыкать его в плечо, выпячиваю нижнюю губу. Включаем режим ребенка.
— Спокойной, мать твою, ночи! Всё.
Гадина. Издивается ещё!
— Не. Смешно. Налей мне тоже! Без стакана тут не разберёшься.
— А малолеткам алкоголь можно? — аааалилуя! Вернулся старый Даймон. Только его шутки теперь бесят.
— Мне девятнадцать! Хватит меня обзывать! И вообще…
— Ну, что? Что?
— Дай стакан!
— Неа.
— Да ну тебя! Отойди.
Отпихиваю в сторону парня и забираю бутылку.
— Ты что делаешь? Мелкая, это моё бухло. Мне надо залечить раны неразделённой любви! — начинает говорить Даймон. Попался!
— Опа! А кто эта несчастная. И почему ты страдаешь?
— Вот именно. Я страдаю! Мало того, что она малолетка чёкнутая, так она ещё и глухонемая. Есть подозрения, что у неё склероз! Представляешь! — вот же… ненавижу! Делаю глоток из бутылки и ставлю её на стол. Ну держись! Беру полотенце со стола и начинаю орать.
— Тюлень недоделанный! Шимпанзе тупое! Это я глухонемая? Да ещё и со склерозом?! Хана тебе! — Даймон начинает убегать, а я гонюсь за ним и пытаюсь отфигачить его полотенцем.
— Насилуют! Мелочь, ты же в курсе, что не сможешь меня покалечить полотенцем?! — он вдруг резко останавливается и делает серьёзное лицо. А я останавливаться не собираюсь. Зачем?! Всё только начинается!
— Поверь. Я тебя разукрашу так, что не то что стая не узнает, мать родная из завещания вычеркнет! Беги, мой дорогой! Недолго тебе осталось! Козёл тупорылый!
— И откуда у девочки такооой запас слов? — ой рискуешь!
— А это неважно. Главное, что у тебя теперь много имён! Когда паспорт переделывать будешь, то можешь выбрать одно из этих. Я разрешаю.
После моего забега, запыхавшись, я села на пол. А потом и вообще распласталась звездочкой. Устала и прикрыла глаза.
— Эй! Ты умерла? А на кого ты оставишь всё своё добро? — меня начинают пихать ногой в бок.
— Прекрати, — еле издаю звук. А в моей головушке созрел весёлый план. — Помоги мне подняться.
Тяну ему свою руку. Даймон берет её. А у него рука тёплая и приятная, она почти полностью окутала мою. У нас образовывается зрительный контакт. И всё бы ничего, если бы я не хотела осуществить свой весёлый план. Маленький чертёнок потёр ручонки у меня в голове. И только Даймон потянул меня вверх, не отрывая взгляд, я делаю наглую улыбку и дёргаю со всей силы вниз. Вскакиваю на ноги, чтобы эта тушка меня не задавила, и бегу со всех ног. Не успеваю я добежать до поворота на лестницу, как меня перекидывают через плечо и несут наверх.
— Эй! Верни меня на землю! — заверещала я. Вместо ответа мне влетело по пятой точке. — Ай! Это нечестно! Я же не лупила тебя по заднице!
— А ты бы хотела? — и ржет ещё, будто тюлень рожает. Гадина такая! — Извини, но это только после свадьбы! Я очень стеснительный.
— Ненавижу! Бесишь!
— Если это означает, что ты мне тоже нравишься, то ладно, а иеперь отправляйся в полёт, — про что он говорит?
— Это ты про что? Какой полёт?
— Сейчас узнаешь.
Теперь дошло. Мы стояли сразу возле ступенек, а кровать в метрах десяти. Нееееет! Даймон берет меня на руки и швыряет в сторону кровати!
— Аааааа! Бесишь! — ору в воздухе я. Тут доносится громкий бух. Ай! Это я приземлилась! Слава небесам! Я на кровати.
А Даймон стоит и смеётся. Смех такой звонкий и приятный, что мне тоже захотелось посмеяться.
— Ну теперь кровать моя! — заявляю я и ложусь на мягкую подушку.
— Мы так не договаривались! Это моё место.
— Не волнуйся. Меня скоро тут не будет, — вижу, как улыбка у Даймона сошла на нет. — Мне пора домой.
— Почему? Разве тебе тут плохо? Зачем возращаться к тем подонкам?!
— Не злись. Там мой дом, моя стая, семья. Здесь же… здесь есть ты, машинка, много воспоминаний, которые произошли в течении одного или двух дней. Я ещё вернусь. Но ты же можешь приезжать. Разве нет?
— Я тебя отвезу. Обещаешь, что вернешься? Это очень важно, — прошептал он. Его лицо стало грустным и несчастным. Захотелось обнять его. Видно, что парню одиноко.
— Обещаю. Но в свою очередь, ты должен тоже приезжать. Какие же из нас будут друзья? — специально произношу последнее слово. Оно неправильное. Всем нутром чувствую. Но мне важно услышать ещё раз эти слова.
— Друзья?! Разве ты не слышала, что я сказал? Ты моя пара! Какие из нас к чёрту друзья?! — закричал Даймон.
Я поднимаюсь с кровати и подхожу к нему. В его глазах ярость. Все мускулы его тела напряглись. Подхожу ещё ближе и обнимаю его. За секунду его плечи опустились, а руки тоже обхватили меня. От него приятно пахнет и идёт тепло. Так бы и осталась здесь, но надо собираться. Встаю на носочки и целую Даймона в щеку.
