-- Ну что, проверим, чья лошадь быстрее?
-- Проверим, -- немедленно согласился Таггарт. Леарза, взволновавшись, кивнул и крепче стиснул в руках уздечку. Каин тем временем спешился и помогал слезть с лошади другим; Тильда уже стояла, пошатываясь, на земле возле своего коня и заливисто смеялась:
-- Я теперь еще полдня буду ходить враскорячку, это точно!
-- Вот и ходи, а мы посмеемся, -- заявил ей Сет, но тут и он оказался стоящим на своих двоих и несколько удивленно смолк.
Ни разведчики, ни Леарза их болтовни уже не слушали, поставили своих животных в ряд; Морвейн еще придирчиво приподнимался в стременах, выглядывая, ровно ли они встали. Наконец кивнул:
-- Ну что, на счет три?
-- Раз, -- громко откликнулся Каин, -- два, три!
И Леарза пришпорил коня.
Это были блаженные моменты полного забытья. Серая пепельная земля летела под копытами, и в целой вселенной не существовало ничего, кроме него самого и его лошади, кроме свиста в ушах и запаха свободы.
"Я свободен", -- билось у него в крови.
Конь Морвейна вырвался вперед и обогнал его уже перед самым концом, на краю поля; последним пришел Таггарт. Бывший нахуда вроде бы нисколько не расстроился, с той же каменной физиономией остановил лошадь и неспешной трусцой направился обратно. Бел и Леарза еще какое-то время топтались у забора, не глядя друг на друга.
-- Я тут думал, -- выдохнул Леарза и наконец тронул лошадь с места; лошадь Бела шагом пошла следом. -- Ведь я бесполезный нахлебник и дармоед. Есть ли для меня в этом мире занятие? Может, я смог бы быть разведчиком?
Морвейн молчал.
-- Нет, -- потом ответил он. -- Я понимаю, о чем ты думаешь. Тебе не пришлось бы осваивать тысячи вещей, которые нам приходится изучать с азов, вроде верховой езды. Но... быть разведчиком -- значит подчиняться приказам. Ты не сумеешь подчиняться.
-- Слишком несдержанный, -- почти весело сказал Леарза. -- ...Но ведь тебя тоже называют несдержанным.
Морвейн отвернулся и негромко рассмеялся.
-- По сравнению с тобой я самый сдержанный человек на свете, Леарза. На Венкатеше я однажды добрых два часа был вынужден смотреть, как пытают женщину. Ты бы смог все это время стоять спокойно и не вмешаться?
Леарза пожал плечами и нахохлился в седле.
-- Не знаю, -- ответил он. -- Я все пытаюсь понять, что же именно значит эта ваша хваленая "сдержанность". Бесчувствие? Равнодушие к мукам окружающих? Отсутствие жалости?
-- "Сдержанность" -- это рассудок, управляющий эмоциями, -- спокойно возразил Бел. -- Разведчику часто приходится поступать разумно вместо того, чтобы поступать
Леарза смолчал. К тому времени их лошади приблизились к остальным настолько, что они могли слышать болтовню Сета с Тильдой.
***
Беловатая звезда класса G, приближается к 6000К, на языке местных имеет название Сеннаар, в системе обнаружено шесть планет, Анвин -- четвертая по счету.
Сутки равняются тридцати двум часам, планета совершает полный оборот за 467 астрономических суток, а в пересчете на местные -- триста шестьдесят пять, наклон оси составляет двадцать восемь градусов, содержание воды в экосистеме планеты удовлетворительное, средняя годовая температура большей частью стандартная типа F...
Он поднял взгляд и долго, долго смотрел в темноту перед собой, пока экран планшета продолжал мягко светиться, делая его лицо призрачно-серым. Какая разница, что это за планета, что там случится?.. Все равно его нога никогда не ступит на ее поверхность.
Глупый мальчишка столь очевидно бесится с пресловутой "сдержанности" обитателей Кеттерле, но если б он знал, чего порой стоит эта сдержанность.
Таггарт мог бы рассказать ему.
Темнота окутывала усадьбу Морвейнов, и только за окнами белели нерастаявшие клочки снега. Скоро окончательно наступит весна, снег исчезнет и тогда тьма окутает мир покрывалом, начнет заглядывать в окна дома, заползет в старые комнаты, забьется в нос и рот...
Когда он был ребенком, он боялся темноты. Страх давно прошел, но что-то такое осталось внутри, что-то, отчего Морвейн всегда был чуточку настороже по ночам.
И в этот раз он уловил еле слышные звуки шагов задолго до того, как дверь в его спальню открылась, и знал, кого увидит на пороге.
Волтайр, в одной тонкой сорочке, с распущенными волосами, будто неуверенно постояла в дверях, а потом нырнула в темноту спальни и почти упала на край его кровати. Бел не пошевелился, продолжая смотреть перед собой.
-- Опять сон приснился? -- негромко спросил он. Она судорожно кивнула. В темноте не было заметно, но он знал, что щеки у нее мокрые.
И она тоже это знала, и он жалел ее, делал вид, что ничего не происходит. Ей так было проще.
-- Что ты читаешь? -- сдавленно произнесла она.
-- Отчеты по Анвину, -- сказал Морвейн с кажущимся равнодушием в голосе. -- Судя по всему, эта планетка -- рай обетованный для форм жизни типа F.
-- Как мы.
-- Как мы, -- согласился он спокойно. -- Вчера первая группа разведчиков высадилась на поверхности. Скоро, должно быть, опубликуют новые данные.
Она помолчала.