Почесав затылок, Велес взглянул на дочь Рио с помощью духовного зрения. Изменения были весьма заметными. Если раньше он мог судить о наблюдаемом объекте лишь по яркости и размеру, то теперь к этому добавились некие цветные оттенки или что-то подобное. Оттенки души Екатерины были весьма насыщенного серо-голубого, синего цвета, ощущение, словно только что помытая смородина или черника на холодном ветру. Это можно было даже назвать не оттенком, а отпечатком, отпечатком души. Судя по стихиям, которыми владела девушка, возможно, ее талант был как-то связан с этим отпечатком, хотя это и была лишь гипотеза.
«Как интересно…»
Катя ушла вперед, наш герой же немного придя в себя и собравшись с силами, двинулся вслед за ней, поднялся наверх по веревочной лестнице. Там же, уже в лагере его с улыбкой поприветствовала Мия и остальные. Не сумев сдержать свое любопытство, он также решил проверить их через свое улучшенное мистическое зрение. Кэл имел будто бы темно зеленные оттенки от одежды хаки или чего-то подобного с медными, желто-коричневым, оранжевыми вставка.
Гатс чувствовался как россыпь мандаринов и апельсинов разных оттенков посреди их собственной зеленной листвы.
Ронни был словно грубый необработанный драгоценный сине-голубой минерал с множеством скол, неровностей и примесей.
Мия же, хм, учитывая ее способности, он ожидал увидеть нечто вроде разноцветного детского тортика. Но к его удивлению это было, словно он смотрел на утонченную девушку в белом платье пьющую свой утренний кофе за истыканным столом какой-то кофейни, украшенный сиренью или какими-то цветами похожих оттенков. На фоне же цвели и опадали розовые лепестки сакуры, что под действием легкого ветра уносились по уютным тихим улочкам. Так можно было описать мимолетные впечатления от отпечатка души его подруги.
Но Велес не особо отчаивался, ведь он все-таки двигался небольшими шажками, а это был всего-то навсего его первый шажочек в выбранном направлении. Судя по всему, по той информации, что у него была, все улучшения «система» производила согласно его подсознательным желаниям, так как непосредственно влиять на что-либо своей относительно Богов слабой душой он не мог. Однако из-за весьма маленьких изменений понять точное направление улучшений Велес не мог, так что ему лишь оставалось догадываться о том, во что это превратиться в конечном итоге. В первом случае «оценка» стала способна давать весьма полезную информацию о неживых предметах и объектах. Во втором добавляло «духовному зрению» способность видеть своеобразные оттенки различных душ, что это давало? Ну, в теории, если он хорошо запомнит определенный отпечаток, то он сможет распознать его в будущем, к примеру, минуя физические препятствия вроде стен и деревьев. Ну, хоть что-то…
Пока же Велес присоединился к компании за обедом. Стоит помнить, что его тело молодого хвостатого корна все еще продолжало расти как на дрожжах, так что, проспав более двенадцати часов после своих очередных магических опытов, он был невероятно голодным…
…
✵ Группа VK: https://vk.com/myth_library
…
В ходе этой недели наш герой все же смог окончательно успокоить Мию и уговорить ее вернутся к своим ученикам в Клавикулу. Велес же остался здесь, большую часть времени находясь наедине с самим собой и своими мыслями. Раз в неделю менялся гарнизон на посту сверху и ему доставляли новые припасы. Сам же он часто подымался наверх, чтобы срубить и заготовить для себя бревен с досками для костра, благо с его развитым и уже привычным ключом силы и мощным хвостом в придачу, спуск всего этого добра с помощью веревок не представлял особых проблем, тут и солдаты могли помочь.
Наш герой не ощущал особого дискомфорта от одиночества, и даже наоборот: было некое спокойствие. Все-таки за личиной равнодушного, легкомысленного и глупого паренька скрывался настоящий тысячелетний старик. Очень многое он поведал за свои жизни, даже та скоротечная война, что была недавно у границ безымянного города, являлась для него пустяком. Велес не раз видел картины и пострашнее. Да, многое уже подзабылось и потерялось среди песков времени, однако к его несчастью самое страшное он видел почти под самый конец своих итераций. Нет, это не была его последняя жизнь в роли человека, ее можно было назвать относительно невзрачной и спокойной, что касается и цикла следующим буквально перед этим. Однако уже следующее было настоящим адом, что он только тогда не повидал, к сожалению, та война, скорее череда мясорубок не удосужилась забрать его быстро и безвредно. Болезненные ранения, ампутации, споротые животы, расчлененные тела его друзей, товарищей и коллег, крики мольбы и агонии…
