Однако Эс вообще не смотрел в сторону Элли, а был занят собственным боем. Парень пускай и не хорошо владел рукопашным боем, но смелости в нём хватало, чтобы врезать следующему противнику и вернуться к предыдущему. Кто-то из бандитов вытащил из рукава пару ножей и быстро метнул их в сторону Корта. Тот резко вытянул в сторону ножей руку, и ладонь телекинетика снова стала оранжевой. Клинки зависли в воздухе при помощи телекинеза.
БАЦ! БАЦ! БУЦ! — Эс с прыжка врезал следующему бандиту коленом в живот и заставил его упасть на землю, после чего выпрямил пальцы на ладони, и ножи полетели назад, откуда и прилетели. И, на удивление извращенца, они не убили бандита, но густые, каштановые длинные волосы порезать успели.
— Получи в морду, свинья! — воскликнул Эс и врезал своему противнику по челюсти.
Орфей тоже старался не отставать и наносил приличные удары по врагам. Драться особо парень не умел, поэтому слишком близко к противникам не подходил. Синеволосый использовал «Звук», оглушал их, и только после этого приближался, чтобы нанести очередной удар. Пару раз в него пытались зарядить чем-нибудь острым, но Орфей умело прикрывался щитом и спасался от таких атак. И, кстати, защищаться у Якера выходило лучше, чем атаковать.
Элли — как и было сказано в её характеристике — была очень опасным противником. Каждый, кто нападал на неё, падал от колотых или резанных ран, или был вырублен молнией в двести двадцать вольт. Девушка не церемонилась с врагом: напал — упал и больше не поднялся. На удивление, она даже не испачкала свой плащ в крови, хотя находилась слишком близко около врагов. И, на удивление, никого не убила — лишь серьёзно ранила. Но Эрию это не волновало: они — её враги, а к врагам Элли не испытывала ничего, кроме прохлады.
Один из охотников внезапно попробовал напасть на синеволосую сбоку, пытаясь атаковать неожиданно. Однако поплатился он за это здоровьем, так как Элли моментально поймала его в поле зрения и… ткнула острием рапиры в его живот.
— Кха…
— Зря ты напал на меня со спины, — мрачно промолвила Элли, одарив своего противника очень холодным взглядом.
Охотник не сразу понял, что под сказанной угрозой воспринимала девушка… и его проняло адской болью: по лезвию рапиры Элли пробежали сгустки ярко-голубой молнии и принялись мучить противника изнутри. Эрия даже пару раз пошевелила оружием, вызывая в противнике ещё больше страдания. Тот закричал от невыносимой боли и пал на колени, и Элли завершила их бой с удара ноги. Поверженный оппонент пал.
Орфей как раз разбирался с бандитом и нанёс ему хороший удар. Но он увидел, как Элли мучает своего противника, и остановился. Якер был сильно ошарашен жестокостью старшей сестры и растерялся в тот момент. Да, бандиты были безусловно врагами; да, заслуживали наказания. Но Орфей никогда бы не подумал, что Элли способна на такую жестокость по отношению к своим врагам.
«Эрийцы — жестокий народ! Если ты решил активно выступать против них — подумай над этим хорошенько несколько раз», — вспомнилась ему фраза, которую он услышал сегодня на кордоне. И теперь понял, что под словом «жестокий народ» подразумевалось: эрийцы всегда будут жестоки к тем, кого они ненавидят.
Но Орфей потерял бдительность, и этим воспользовался не до конца побеждённый бандит. Он без всяких слов схватил нож и всадил до конца в живот растерявшемуся мальчику, который тут же выпучил глаза, почувствовав инородный металл в организме. По металлу прокатились первые капли крови.
— Кха…
— ТВАРЬ! — Эс со злобой набросился на охотника, со всей дури ударив его в голову и отбросив от раненного Орфея.
Бандит кое-как поднялся и хотел пырнуть уже второго, однако Корт быстро защитился от ножа руками, отскочив назад. Эс тут же вытолкнул от груди правую ладонь, и телекинетическая вибрация врезалась в охотника. Бандит отлетел к периллам и, ударившись о них спиной, полетел вниз с огромной высоты.
И только потом злость отступила, и Эс понял, что сейчас натворил: на его глазах вот-вот должен был разбиться человек. Но бежать было поздно, ибо тому уже грозила неизбежная смерть. Эс ничего бы не успел сделать…
11. Элли закончила с последним и сразу же подскочила к лежащему на полу Орфею, держащемуся за рану. Тот уже начинал плакать, наблюдая, как алая кровь стекает по его одежде и пальцам.
— Я… Я умру? — с рвущейся наружу истерикой прошептал мальчик. Его глаза чётко отражали страх за свою жизнь, и из них вытекал поток горячих слёз.
— Нет, братец, — более мягко улыбнулась ему Элли, стараясь не вызвать в том порцию новой тревоги. Её ладони вдруг засветились ярко-голубым светом. — Просто убери руку и позволь мне заняться твоей раной.
