Хог не любил мусорить, потому когда доел всё, пустую банку он убрал в карман и вытащил из другого пачку сигарет, после прикурил одну и с наслаждением выпустил изо рта серо-голубоватый дым.
— Кайф! — хмыкнул Хог, блаженно закатив глаза. — После хавки, курево — самое то! Ух!
Лишь потом он ушёл спать недалеко от проржавевшей трубы, так как там не было битого стекла и валяющихся бутылок из-под пива. Дома-то у него своего не было, как и семьи. Этот парень всегда был один, с самого детства. Поэтому и выживал как мог: раз в день, если сильно проголодается, брал чего-нибудь на рынке, а потом удирал от погони, при этом не забывая развлекаться от души. Недавно ему стукнуло семнадцать лет, но… праздновал этот день Хог один, так как никого у него не было. Даже друзей.
Но парень не унывал и продолжал жить так, как ему нравится. Поэтому даже закрыв глаза, он довольно хмыкнул и уснул крепким сном…
Россия. Ростов-на-Дону. 2013 год.
3. Город Ростов-на-Дону за недавнее время стал известен тем, что смог выбиться в рейтинг лучших городов России, а также обустройством нового коллектива-кордона, называющегося «Луч». Это место — мечта для тех охотников, а также людей с невероятной какой-нибудь способностью, желающих либо получить карьеру мастера-охотника в будущем, либо просто получить рекомендацию в другое высшее заведение. Обосновался «Луч» совсем недавно — года два назад. Однако этого хватило, чтобы охотники, прозванные волонтёрами, вступили сюда и стали как изучать основу охотника, так и заниматься саморазвитием.
Известно же, что каждый охотник поддерживает один из трёх союзов, поэтому и помогает ему, а заодно и себе тоже. «Луч» являлся одним из кордонов союза «Орёл»; «Орёл» — союз охотников, держащийся на праве выбора каждого охотника, на абсолютно безвозмездной помощи и развитии и полной свободе выбора. Союз «Орёл» славился тем, что носил нейтралитет между союзом «Медведь» и союзом «Тигр». Кордон «Луч» в нынешнее время набирал себе новых охотников для развития, а также для поднятия рейтинга.
Прогулявшись по Ростову, пожилой профессор лет сорока пяти свернул в сторону кордона и двинулся в нужном направлении. В этих кругах его знали, так как этот человек успел прославиться своими невероятными знаниями и научными открытиями, а также изобретением уникальных лекарственных препаратов и лечением даже самых тяжёлых ран, перед которыми другая медицина абсолютно бессильна.
На кордоне его уже поджидали…
— Папа! — лишь завидев мужчину с благородной сединой, молодая девочка с насыщенным коричневым цветом волос тут же кинулась обнимать появившегося. — Папа вернулся!
— Здравствуй, доченька, — улыбнулся профессор и погладил по голове её. — Ну, как всё прошло?
— Отлично! Теперь я стала охотником коллектива «Луч», ура!
— Молодец, я рад за тебя!
Названная дочь профессора улыбнулась. На вид ей можно было дать лет четырнадцать, так как ростом она была невысокой. Одевалась юная леди скромно и не вызывающе, что очень радовало старого отца этой девочки. Из одежды она предпочитала голубого цвета рубашку с короткими рукавами, красную пионерскую матроску с завязанным узлом на ключице, светло-чёрного цвета юбку до колена и чёрные непрозрачные колготки с коричневыми лодочками. Шатенка, имела ярко-голубой цвет глаз.
— Рады Вашему появлению, Максим Сахаров! — поприветствовали появившегося профессора молодые охотники и слегка поклонились ему. — Юлия, очень рады, что теперь ты тоже стала охотником.
— Спасибо, — улыбнулась им шатенка и кивнула.
— Леди Сильвер здесь? — поинтересовался Макс.
— Да, конечно! На втором этаже. Вы — научный сотрудник, а также незаменимая правая рука лидера, так что Вам проход доступен.
Несмотря на то, что волонтёры были с самого начала одарены правом выбора и свободой действия, ограничения присутствовали даже для них. Во-первых — нельзя было выдавать секреты своего коллектива (или просто кордона) за пределы его (например, рассказывать кому-то из союза «Тигр» или «Медведь»). Во-вторых — лицам, не получившим разрешение на доверенность, было запрещено подниматься на второй этаж, так как это место было законсервировано для «библиотеки» (о настоящей ценности знали лишь лидеры своих команд или сотрудники с доверенностью). В третьих — запрещено было зарабатывать на состоянии просящих помощь: волонтёры — они на то и волонтёры, чтобы делать свою работу безвозмездно для людей. С оплатой у них всё нормально — каждый месяц, каждый охотник получал ровно столько, сколько заслуживал. А жадность лишь играла ему на большой минус.
— Подождёшь меня здесь?
— Конечно, пап! — улыбнулась Юлия и посмотрела в сторону других охотников, которые делились своими впечатлениями о выполненных заданиях. — Я буду тут, если что, прогуляюсь немножко.
— Хорошо. Только далеко не отходи.
— Ага.
Сахаров доверял своей дочери и знал, что она ничего плохого не сделает. А также знал, что её тоже никто пальцем не тронет, так как…
