– Я даю разрешение на то, чтобы начать следствие и провести арест Альбуса Дамблдора, – произнес Корнелиус Фадж.
Это было именно то, чего ждали окружающие. Уже через час были подготовлены все необходимые документы и выслана группа Авроров. Министр сам возглавлял операцию. Я был уверен, что это лишь дешевый пиар, не более, но мне важен был результат, а не методы. Альбус Дамблдор должен быть наказан.
========== Часть 4 ==========
Небольшое сообщение!
Я только сейчас заметила, что пишу как будто Северус не знаком с родителями Гарри, а мальчик лишь один из множества студентов Хогвартса. Изменить уже что-либо не получиться, но я думаю, что это не слишком повлияет на дальнейшие события. Детство Северуса остается прежним.
Простите, за эту оплошность.
POV Северус
Следующие несколько дней творился настоящий ад. Я почти не спал и не ел. Как мы ни пытались скрыть то, что произошло, но новость все равно просочилась, и теперь общество стояло на ушах и требовало снести головы всем без разбора. Министр пытался унять беспорядки и уверить людей, что виновные будут наказаны. Пресс конференции проходили несколько раз в день. Хогвартс закрыли на весь учебный год, а студентов отправили по домам. Все учителя подверглись допросу под веритасерумом. Даже мне пришлось отвечать на довольно неприятные вопросы. Выяснилось, что только мадам Помфри знала о том, что происходит, но считала, что подобные методы воспитания ничем не хуже традиционных. Остальные учителя тоже были в ужасе от того, что происходило прямо перед их носом. Пока длилось расследование, Поттер находился в больнице Св. Мунго. Врачам удалось вылечить его физические увечья достаточно быстро, но вот психологические требовали большего времени. Мальчишка наотрез отказался говорить с психологом и почти всегда, когда я к нему приходил, спал.
Слава богу, мне удалось убедить членов Визенгамота провести суд без присутствия Поттера, хоть они и настаивали, что это необходимо для лучшего понимания ситуации. Его опекуны были маглами, поэтому было решено их не вмешивать, а представителем обвинения пришлось выступить мне. Судебное заседание длилось почти весь день. Оказалось, что Поттер был не единственной жертвой. Директор насиловал и другого студента – Тома Реддла. Я слышал про скандал, связанный с ним. Все-таки не каждый день в Хогвартсе совершают самоубийство. Мальчишку нашли повешенным в ванной. Все тогда решили, что он просто влюбился или не смог найти общий язык с однокурсниками. Никому даже в голову не пришло проверить тело на следы насилия. Дамблдор вполне спокойно обо всем рассказывал, но вину свою так и не признал. «Это было необходимо для их же блага» – утверждал он. Я не мог поверить, что слышу ЭТО от человека, которого знал почти всю жизнь. Он всегда казался мне немного сумасшедшим, но не настолько же. Безобидный, веселый старец оказался насильником. Судьи были единогласны и Дамблдор был приговорен к поцелую дементора. Мадам Помфри посадили в Азкабан.
Заседание только что закончилось и Поттера было решено отправить к опекунам. Именно поэтому я сейчас направляюсь к его палате. Мне было поручено сопроводить его домой. Держать его в больнице больше не имело смысла. Врачи сделали все, что могли, остальное зависело только от мальчика.
Я тихо постучал и вошел в палату, так и не дождавшись ответа. Небольшая комната в пастельных тонах с маленьким окном, выходящим на сад и узкая кровать, на которой сидел подросток. Он был одет в светло-зеленую пижаму. Голова немного наклонена вниз, ноги свисают с кровати, но не достают до пола. Волосы непонятной кучей спадают на лицо, укрывая его от моих глаз. Мальчик как будто что-то внимательно рассматривает на своих ладонях.
– Здравствуй, Гарри, – сказал я, замерев посреди комнаты.
Он поднял голову на мой голос и неуверенно улыбнулся, приподняв лишь уголки губ. Глаза были пусты. У меня кольнуло в груди от осознания того, что больше никто не увидит улыбку в этих зеленых глазах. Мальчик повзрослел слишком быстро и потерял способность радоваться от души, а не только делать вид, что счастлив.
– Здравствуйте, сэр, – тихо сказал подросток.
– Как твое самочувствие? – осторожно спросил я, подходя ближе к кровати.
– Хорошо, спасибо, – прозвучал ответ.
Руки немного затряслись. Мальчик крепче сжал ладони.
– Мне нужно отправить тебя домой к опекунам. Школа не будет работать до конца года, а доступ к своим средствам ты получишь только по достижению 21 годп. Такие законы, я ничего не мог сделать.
Мальчишка лишь кивнул, но ничего не сказал. Он спрыгнул с кровати, взял какие-то вещи и исчез в ванной комнате. Через несколько минут от туда вышел уже полностью одетый подросток. Я узнал школьную форму Гриффиндора. Неужели у него нет другой одежды? Мальчик уменьшил небольшой сундук, который стоял около кровати и положил его в карман.
– Я готов, – произнес он, замерев посреди комнаты.
– Хорошо. Возьми меня за руку, – попросил я, его.
