И только сейчас я заметил, что в дверном проеме стоит Филин. И правая рука нашего водителя спрятана за спину. Почему - то мне это абсолютно не понравилось:
- Тебе еще нужна помощь? - спросил я.
- Иди, дальше я уже сама, - ответила Настя, стягивая края надреза.
Я торопливо вышел из комнаты, ухватив Филина за рукав:
- Идем. Поговорить надо.
Филин дернулся было, попытавшись вырваться. Но держал я крепко:
- Идем поболтаем, говорю.
Филин застыл на мгновение, решая, стоит ли со мной болтать или нет, но потом все-таки пошел на кухню.
- И что ты делать думал? - спросил я его, едва Филин вошел на кухню. Филин промолчал. Я резко дернул его за правую руку. И на свет божий появился взведенный, готовый к стрельбе пистолет.
- Ты совсем ебанулся? - зло прошипел я, хватая Филина за расстегнутую кофту и прижимая к стене кухни.
- Ничего, - спокойно ответил Филин. - Это на всякий случай. Если бы вдруг что - то пошло не так. Сдаст она нас.
- В больнице же не сдала. Иначе, вместо вас приехали бы копы. И Гоблин уехал бы болеть на тюремную больницу, а мы - в общежитие на проспекте Первого Космонавта. Где на тридцать рыл один сортир!
Филин зло посмотрел на меня:
- Гоблин мне как брат. И если бы твоя врачиха его угробила…
- Но она его не угробила! - перебил я Филина. - Наоборот: без нее, он бы помер. И - да. Гоблин и мне как брат.
Я отпустил Филина и отошел на пару шагов, сев на стул. Очко талантов я, не раздумывая, бросил в этот новый навык. Очень полезная штука. Особенно, в свете последних событий.
Филин подошел к столу. Достал из холодильника початую бутылку водки. Плеснул жидкость по двум кружкам. Видимо, запасливый водила, успел заскочить по дороге в магазин. А початой бутылка была от того, что Филин успел чуточку упоить Настю. Чтобы притупить ее страх:
- Прости, брат. Просто перенервничал, - пробасил он, протягивая мне одну из кружек. - Мировая?
- Все в порядке, - устало ответил я.
Огненная жидкость потекла по пищеводу, а следом за ней пришло, наконец, расслабление.
- Жить будет ваш извращенец, - раздался от входа в кухню голос Насти. И заслышав его, Филин торопливо спрятал пистолет за пояс, прикрыв рукоять кофтой.
Настя подошла к столу. Молча плеснула себе полкружки водки и залпом выпила.
- Пойду посмотрю, как там раненый, - засуетился Филин, вставая из-за стола и быстро выходя с кухни.
- Он отключился, - крикнула Настя ему вслед. Но Филин ее не услышал. Ну, или сделал вид, что не услышал.
- Теперь дай посмотрю, что у тебя с рукой.
Настя подошла ко мне, сдвинула повязку:
- Хм.. кровь то уже остановилась. Внебрачный сын Россомахи, блядь.
Я слабо улыбнулся:
- Прости, что так вышло. Больше обратиться было не к кому, вот и пришлось взвалить все это на тебя. И это… спасибо тебе.
Я не нашелся, что еще сказать девочке, на которую пришлось взвалить такую хуету, как зашивать пулевые раны вечером в антисанитарных условиях. Поэтому и вышло только это дебильное “прости” и “спасибо”.
Настя устало прислонилась к стене, сползла по ней, усевшись на пол. Достала из кармана пачку сигарет. Вытащила одну, щелкнула зажигалкой.
- Курить вредно, - попытался пристыдить ее я.
- Это не сигарета. Точнее, не совсем сигарета. Табака в ней очень мало, - ответила она, затягиваясь и задерживая дым. Мои ноздри уловили сладковатый запах анаши.
- Я узнала тебя. Еще там, в “Вальхалле”. Когда вы быстро убежали из бара, - первой нарушила молчание Настя, выпуская струю густого дыма. - Это ведь ты и твой раненый друг прикончили тогда вечером в парке барыгу?
Я кивнул, забирая косяк из ее руки. Отпираться не было смысла.
- Тогда я не знала, кто он. Поэтому, мы с Лерой сдали вас. Ну и перепугалась я тогда. Сильно.
Я затянулся и едва не закашлялся от густого едкого дыма.
- Почему не сдала потом? Когда увидела нас в “Вальхалле”? Или сейчас? - хрипло спросил я, поперхнувшись.
- Не знаю. Хонду и Большого тоже вы же?
Я снова кивнул.
