– Э-э… А, ну да… – Верховный на мгновение стушевался. Похоже, он не очень-то и рассчитывал, что эти двое действительно придут, и не до конца продумал политику предложений и встречных исков. – Я призвал вас. Вы нарушили вековые традиции, перешагнули рамки приличия, позволили себе недопустимые для аборигенов действия по отношению к нам, к вашим звёздным богам и покровителям!
– Вася, кажется, он назвал нас аборигенами?
– Имей снисхождение к яйцеголовым, им и так досталось от матери-природы.
– Вы издеваетесь?! – не поверил своим слуховым отверстиям Верховный.
– Нет, пока слегка троллим.
– Бойтесь меня! Я могу расщепить вас на молекулы! И ваши земли, и ваши племена, и вообще всю голубую Тиамат!
– Минуточку, сколько помнится, древняя богиня Тиамат женщина. Как она может быть голубой?
– Вася, не цепляйтесь к словам. Он имеет в виду нашу голубую планету.
– Всё равно – может, я гомофоб!
Поняв наконец, что простые угрозы на этих примитивных туземцев не действуют, Чёрный Эну попытался взять себя в руки. Как высокородный ануннак, занимающий руководящие должности не один десяток лет, он умел худо-бедно разбираться в психологии и достаточно быстро сообразил, у кого из двоих какие сильные и слабые стороны. Поэтому принял старое, но единственно правильное решение: разделяй и властвуй…
– Я мог бы это сделать. Но мы, ануннаки, милостивые боги. Не хотите ли вы осмотреть наше жилище?
Барлога мгновенно вскочил на ноги. Владыка едва заметно улыбнулся:
– Капитан корабля покажет вам всё, что пожелаете. А мы с вашим другом пока побеседуем здесь.
Заур предпочёл бы побыстрее покинуть это место, но его старший товарищ уже, образно выражаясь, закусил удила и бил копытом. По знаку владыки вновь появился тот самый рептилоид, который встречал их у входа.
– Бвана?
– Пусть наш гость увидит всё величие наших достижений. Быть может, тогда он проникнется величием нашей роли на этой планете.
…
…
