Она оторвалась, задыхаясь от недостатка воздуха, и я воспользовался возможностью, чтобы остыть. Она понятия не имела, как легко я могу увлечься, вряд ли она имеет хотя бы отдаленное представление, как сильно я хочу ее. Я потянулся к своим волосам, чтобы взять ее кулак, сжимавший их. Проведя своими пальцами по ее, я притянул теплое запястье к своим губам. Я чувствовал, как горячая кровь течет по ее венам, ощущая запах сладости на языке — запах, который я запомнил еще с самого первого момента нашего с ней контакта. Амброзия, нектар богов.
— Теперь я верю, мисс Свон, что тебе нужно увидеть мою ладонь, — от моего по ее коже пробежала стайка мурашек, и я с сожалением убрал губы с ее руки, положив ее на колени.
— Почему? — спросила она, немного затаив дыхание.
— А это имеет значение? — я заставил себя рассмотреть эту задачу под открытым небом, стараясь не позволить своим мыслям дрейфовать. А они как раз это и сделали бы — если бы у меня не было совести, и я продолжил касаться губами этого манящего тела.
— Да, это важно, — ответила она, ее дыхание и сердцебиение уже почти пришли в норму. — Нужно читать руку, которой ты пишешь.
— Но я могу писать обеими руками, — сказал я самодовольно.
— Докажи, — ухмыльнулась Белла.
Я одарил ее своей ответной улыбкой и покачал головой.
— Полагаю, тогда мне нужно дать руку, которая мне больше нравится, — Белла выжидательно поиграла пальцами.
Я кивнул, положив правую руку на ее левую.
— Ты полагаешь правильно.
Тепло ее тела уже просачивалось в мою кожу, это было неотразимое ощущение. Она ласкала мою ладонь, снова и снова переворачивая мою руку, медленно водила кончиками пальцев по моей ладони, костяшкам пальцев и по самим пальцами. Если бы у меня была возможность дрожать, я уверен, что сейчас меня можно было бы сравнить с осенним листом; это было слегка щекотно. Кажется, она делала небольшие визуальные наблюдения, иногда поднимая брови и ухмыляясь.
— Что смешного? — потребовал я ответ.
— Ничего, — ответила моя гадалка, снова ухмыляясь.
Я инстинктивно посмотрел на свою руку, а затем быстро поднял взгляд на ее темные глаза, обрамленные густыми ресницами. Проклятье — моя неспособность читать ее мысли.
— Рука для гадания делится на три части: пальцы представляют собой ум, верхняя половина ладони представляет повседневную жизнь и наше сознательное я, а нижняя часть ладони представляет первичные инстинкты, природу и подсознательное я.
Я был впечатлен. Ясно, что она изучала древнее искусство. Не то чтобы я в это верил… Но ее знания действительно могли впечатлить.
— Нужно начинать с наблюдения с пальцев, большого пальца и общей формы руки. У тебя длинные и тонкие пальцы с вытянутыми кончиками — это, кстати, признак творческой личности и интеллекта. — Она сказала это с недовольством… Или мне показалось? — И… — она сделала паузу, измеряя длину пальцев в сравнении с длиной и шириной моей ладони. — А еще у тебя водные руки…
— Водные руки?..
Я кивнул. Сомневаюсь, что когда-нибудь мне будет комфортно в своем теле. Тем более, если Белла станет вампиром.Я кивнул, но я сомневался, что когда-нибудь буду по-настоящему комфортно в моей коже, особенно если Белла пошла и стала вампиром.
— Голова, — прервала она мои мысли, прослеживая прямую линию, которая начиналась между моим большим и указательным пальцами, обрывавшейся не более чем на полпути через мою ладонь, — Характеризует способность мыслить, фокусироваться и рассуждать. Линия головы представляет силу нашего разума.
Я не мог не заметить, что моя голова была самой глубокой, самой заметной линией на моей руке. Я всегда был разумным, старательным и скептичным.
— Мало того, что твоя линия головы глубокая, она еще и короткая. Короткие линии головы означают экстремальный интеллект и… — она сделала паузу, прищурившись, и лукавая улыбка заиграла на ее пухлых губках, — Трудности с контролем эмоций. Не волнуйся, я никому не расскажу, — поддразнила она.
Воспользовавшись возможностью, я ухмыльнулся и тихо зарычал. Белла вздрогнула, но через минуту снова расплылась в улыбке.
— А как насчет моей линии жизни? — спросил я, быстро схватив ее правую руку и надавливая на ее костяшки пальцем.
Она улыбнулась, но улыбка коснулась лишь губ, но не глаз.
— Это тяжело…
Она проследила тонкую линию, начинающуюся чуть выше моего большого пальца и изгибавшуюся к моему запястью. Я сразу заметил четкий разрыв в линии и тот факт, что нижняя половина линии была немного глубже, чем начальная часть.
— Большинство современных хиромантов не приравнивают жизненную линию к продолжительности жизни, а скорее основные изменения в нашей жизни, качество нашей жизни, а также энергию и жизненную силу. Дай мне свою левую руку.
Используя скорость вампиров, я перевернул ладонь и поместил ее в раскрытые ладони Беллы рядом с правой. Я сразу же нашел одну и ту же линию, с другой стороны, заметив, что между двумя руками она явно различима.
