- Да. По его теории, скверна не болезнь, а попытка одного мира прорваться в другой, изменив его законы, - её голос стал тише. - Он считал, что затмения создают особые условия, когда барьер между мирами истончается.
Ночь вокруг них, казалось, стала еще темнее и холоднее. Слова повисли в воздухе, наполненные весом истины, которую они оба чувствовали.
- Вероятно, твой дар как-то связан с сопротивлением этому вторжению, - продолжила Тан Сяо. - А моя способность управлять тенями - с умением нащупать уязвимые места в нем.
- Время и тень, - прошептал Михаил. - Странное сочетание, но сейчас они работают вместе.
Тан Сяо неожиданно потянулась к своим волосам и одним движением вытащила заколки. Тёмные пряди рассыпались по плечам, сразу сделав её моложе и уязвимее.
- В тени я забываю, каково это, просто быть собой, - призналась она тихо. - Наша школа учит отделять себя от собственных желаний, видеть эмоции как слабость. Столько лет я следовала этому пути…
Ветер усилился, принося с собой прохладу и запах прошедшего дождя. Вдалеке вспыхнула молния, на мгновение осветив лес, призрачные стволы деревьев, качающиеся ветви.
- А кто ты, когда не скрываешься в тени? - спросил Михаил.
Прохлада ночи постепенно проникала под одежду, заставив их вернуться в хижину. Огонь в очаге почти погас, оставив лишь тлеющие угли, и Михаил подбросил несколько поленьев, оживляя пламя.
Тан Сяо стояла у окна, вглядываясь в темноту. Распущенные волосы падали на спину, придавая ей совсем иной вид, более земной.
- В школе Теневого Шёпота учат отделяться от своего тела, - произнесла она, не оборачиваясь. - Видеть его как инструмент, не более. Тень не может существовать сама по себе, ей нужен свет, чтобы обрести форму.
Михаил подошел ближе.
- А в школе Текущей Воды учат сливаться с потоком, становиться единым целым с ним. Вода не стоит на месте, она всегда в движении, как и время.
Она повернулась к нему, их лица оказались так близко, что он мог различить золотистые крапинки в ее карих глазах.
- Я думала, что полностью понимаю скверну, - сказала она, - но твоё видение дополняет мое. Словно ты видишь ту часть головоломки, которая всегда была скрыта от меня.
Её пальцы осторожно коснулись шрама на его плече, видневшегося в вырезе рубашки.
- Школа Каменного Сердца? - спросила она. - Я узнаю этот след. Их лезвия оставляют характерные рваные края.
- Да, - кивнул Михаил. - Три года назад. Они проводили ритуал в горах на севере, используя кристаллы скверны для усиления своих техник. Я пытался остановить их.
- И чем все закончилось? - её пальцы скользнули по шраму, вызывая легкую дрожь.
Михаил на мгновение закрыл глаза, воспоминания нахлынули волной: крики, вспышки силы, искаженные лица людей, поддавшихся скверне.
- Большинство участников погибло, когда ритуал вышел из-под контроля. Мне удалось запечатать источник порчи, но цена была высока.
Он не стал уточнять, что тогда впервые был вынужден убить людей, не полностью пораженных скверной, - выбор между меньшим и большим злом, который до сих пор тяготил его совесть.
- Постой, - Тан Сяо отступила на шаг, пристально глядя на него. - Три года назад в северных горах… Ты говоришь о храме Пяти Столпов?
Михаил кивнул.
- Ты знаешь о нём?
- Наша школа отправила туда троих мастеров, - её голос стал напряженным. - Ни один не вернулся. Мы нашли только тела и следы сражения невероятной силы.
- Я не видел там мастеров твоей школы, - честно ответил Михаил.
- Они действовали скрытно, как всегда, - горечь промелькнула в её голосе. - Ты был там один?
- С двумя другими практиками Текущей Воды. Оба погибли.
Тан Сяо медленно кивнула.
- Значит, старые предания верны. Наши школы действительно связаны через противостояние скверне, хотя выбрали разные пути.
Её ладонь переместилась с его плеча на шею, затем на щеку.
- Мы оба потеряли многое, - тихо сказала она. - И можем потерять еще больше завтра.
Воздух между ними словно наэлектризовался, и Михаил осознал, что жизнь слишком хрупка, слишком драгоценна, чтобы тратить её на сомнения.
В свете очага её лицо казалось одновременно уязвимым и решительным. Шрам на её виске, который она обычно скрывала под прядью волос, теперь был отчетливо виден - тонкая серебристая линия, след того мира, с которым она сражалась.
Михаил медленно наклонился к ней, давая возможность отстраниться. Она не отстранилась. Их губы встретились, осторожно, вопросительно, словно путники с разных дорог, пытающиеся найти общий язык.
Ее ладонь замерла на его щеке, пальцы вплелись в пряди его волос, пока губы сливались в поцелуе, который начался нежно, но быстро вспыхнул, как сухие ветки в пламени. Тан Сяо отстранилась первая, дыхание прерывистое, губы влажные и чуть припухшие. Она шагнула назад, к ложу, бросая через плечо взгляд, от которого у Михаила перехватило дыхание.
- Нас учат отделять тело от эмоций, - прошептала она, а бедра плавно раскачивались в такт шагам. - Но с тобой я не могу этого сделать.
Он настиг её в два шага. Руки обхватили её за талию, Тан Сяо запрокинула голову, обнажая шею, которую Михаил тут же покрыл жадными поцелуями.
