Ждать пришлось долго. Лера постаралась сделать надменное лицо, как у филфаковских девушек, чтобы у молодого человека не возникло желания знакомиться. Угрюмо смотрела она на бесполезную воду, в которой, несмотря на жару, нельзя было ни искупаться, ни освежиться, и пыталась сосредоточиться на своих мыслях. Присутствие стороннего наблюдателя мешало, и постепенно она стала приходить в состояние раздражения.
Она уже хотела уйти, как тот, кто был ей помехой, повернулся и начал подниматься по ступенькам. Пользуясь тем, что осталась одна, Лера потянулась к вожделенной воде. Руки никак не могли достигнуть реки, и, привстав со ступенек, она попыталась принять более удобное положение. Но то ли движение было слишком резким, то ли подвели затекшие от неудобного сидения ноги, но она, так и не успев осознать, что происходит, стала валиться в воду. Время удивительным образом изменилось не то вокруг, не то внутри, и факт своего позорного падения Лера наблюдала словно при замедленной съемке. Она попыталась изменить положение тела, понимая, что вряд ли это спасет – ухватиться было не за что. В какой-то момент она почувствовала, что ее футболка словно зацепилась за невидимый крючок, и, зависнув на мгновение в воздухе, Лера упала на ступеньки, изменив траекторию полета.
Когда она пришла в себя от унижения и растерянности, первое, что увидела – то самое, неприятное ей лицо молодого человека. Вот уж кого она предпочла бы сейчас не видеть, а при таких обстоятельствах – особенно. Именно он был повинен в том, что случилось с ней. Он что-то спрашивал, но Лера не могла разобрать ни слова. Ей хотелось одного – оказаться как можно дальше от этого проклятого места.
– С вами все в порядке? – донесся наконец голос.
«Начинается, – затосковала Лера, прикидывая, как бы поскорее избавиться от этого участия. – Как со мною может быть все в порядке, когда я только что грохнулась на твердые и грязные ступеньки? Еще и по твоей вине! И что это за дурацкое выражение, ставшее модным у нас с подачи дебильного американского кино?»
Она пробормотала что-то подходящее случаю, быстро встала, потирая коленку, осмотрела грязные ободранные ноги и стала подниматься наверх. Молодой человек опередил ее и преградил дорогу. Она попыталась обойти его, но он, словно играя, снова встал на пути, не позволяя двигаться дальше. Лера начала злиться. Правда, к раздражению примешивалась некоторая растерянность – что же делать? Не звать же на помощь и не вступать с ним в единоборство, в конце концов. Лера постояла молча некоторое время, а затем взглянула обидчику в лицо.
– Пропустите, – сказала она холодно.
– Вообще-то я рассчитывал на некоторую благодарность, – насмешливо сообщил ей молодой человек.
Удивление Леры было настолько неподдельным, что он пояснил:
– Я же, можно сказать, спас вас от утопления.
До Леры стало доходить: то, что она приняла за невидимый крючок, зацепивший ее футболку, на самом деле было рукой этого самого урода. Он схватил ее за шкирку, словно паршивого котенка, и швырнул прямо на ступени.
Она чувствовала себя ужасно. Болела разбитая коленка, но самым тягостным было чувство какой-то оскорбительности произошедшего. К тому же за свое унизительное избавление от возможности оказаться в Неве она должна была благодарить спасителя.
– Спасибо, – сдержанно произнесла она и предприняла новую попытку обойти парня.
– «Спасибом» тут не отделаться, – издевательски улыбнулся тот в ответ.
– Чего хотите? Денег? – Лера постаралась говорить с нужной долей презрения в голосе и полезла в сумку, прикидывая, какую сумму положено платить за спасение утопающих.
– Будет достаточно вашего имени, – снова улыбнулся он.
– Что? – не поняла она.
– Скажите, как вас зовут.
Лере вовсе не хотелось завязывать знакомство с этим типом. Тем более что и родители, и бабушка в один голос предупреждали, что знакомиться на улице – неприлично и опасно. На приличия ей сейчас было наплевать, но с опасностью незнакомец как-то не состыковывался. Ростом он был не намного выше Леры, да и сложения не слишком богатырского. Лицо самое обычное, с характерной, как ей казалось, питерской бледностью; волосы ни темные, ни светлые – так, что-то среднее. А вот глаза Лере, в общем-то, понравились. Того же оттенка, что и вода в Неве, подумалось почему-то. Реку Лера любила, но симпатии к спасителю это не прибавляло.
– Я не знакомлюсь на улице, – подлаживаясь под его ироничный тон, сказала она.
– Никогда не знакомься на улице, – смешно передразнивая кого-то, произнес спаситель и подмигнул ей, – это неприлично и может быть опасно.
Интонация, с которой он это произнес, была настолько похожа на бабушкину, что Лера невольно улыбнулась. Но решила не сдаваться.
– Вот именно! – подтвердила она.
– Я не простой встречный! Неужели не имею права узнать имя девушки, которую спас?
– Считайте, что совершили бескорыстный добрый поступок. И пропустите меня, пожалуйста, я спешу, – решила закончить Лера препирательство и двинулась прямо на парня.
