Но он снова меня ударил, и я упала на бок, закрываясь руками. Я случайно нажала на ручку дверцы. Дверь открылась, и я свесилась из повозки, все еще держась за ручку, а затем выпала на улицу, ударившись лицом о брусчатку.
От удара у меня перехватило дыхание. Я лежала посреди толпы гуляющих людей и открывала и закрывала рот, пытаясь вдохнуть. Вокруг было так много сапог, конские копыта и колеса повозок ступали и проезжали совсем рядом с моей головой. Я испугалась, что меня сейчас раздавят.
В следующий момент я почувствовала, как чьи-то руки подхватили меня под мышки и оттащили в безопасное место, поближе к домам. Мне на помощь пришла женщина с маленьким мальчиком.
— Вы в порядке, мисс? — спросила она, и я кивнула, все еще пытаясь разогнуться и сделать вдох.
— Мы видели, — сказал мальчик, — как вы вылетели из повозки.
Я подняла голову и взглянула на оживленную улицу. Экипаж бесследно исчез. Я приложила руку к груди: мое сердце учащенно билось.
— С вами все в порядке? — снова спросила женщина, и я поблагодарила ее за помощь. Она была уже в возрасте, и ее кожа была сильно изрезана морщинами. Из-за отсутствия нижних зубов ее лицо имело странное выражение. Под вылинявшей красной шляпкой виднелись седые волосы, с тем желтоватым оттенком, какой бывает у бывших блондинок, но брови, напротив, сохранили густоту и темный цвет.
Я огляделась по сторонам. Место было незнакомое.
— Где я? — спросила я у женщины.
— Вы сейчас на Ричмондс-роуд, мисс, — ответила она.
Я приуныла. Экипаж вовсе не ездил кругами. Мы отъехали довольно далеко от центра Ливерпуля.
Женщина протянула ко мне руку и отряхнула мой рукав.
— У вас нет при себе сумочки, моя милая? И даже теплой шали?
Я проклинала себя за глупость. Я не только получила взбучку и осталась без соверена — если, конечно, шотландец собирался мне его отдать, — вдобавок я потеряла свою шаль, а на юбке виднелись черные следы от грязных сапог. Моя рука машинально потянулась к поясу. Он оставался таким же успокаивающе тяжелым.
Женщина стояла и смотрела на меня.
— Нет. Полагаю, я их потеряла. — Я не знала, как объяснить ей то, что со мной приключилось. Темные глаза женщины лучились добротой. Казалось, она вот-вот заплачет от жалости ко мне, хотя мы с ней даже не были знакомы.
— Такая милая молоденькая бедняжка, — сказала она, словно прочитав мои мысли. — И с тобой так грубо обошлись.
Ее глаза наполнились слезами.
— Я сама потеряла дочку и знаю, какой жестокой может оказаться жизнь по отношению к юной леди.
Нас толкали люди в шумной толпе.
— Нехорошо, когда с такими славными девушками, как ты, ведут себя подобным образом, — сказала женщина, повышая голос, чтобы перекричать крики толпы и отдаленные раскаты фейерверков. — Тебе необходимо где-нибудь посидеть и выпить кружечку эля, чтобы успокоить нервы. — Она взглянула на мальчика. — Если бы у нас было хоть немного денег, мы бы купили тебе выпить.
Мальчик облизнул губы.
— Я хочу пить, Ма, — протянул он. На вид ему было пять или шесть лет, и я удивилась, что он назвал женщину «Ма»: она казалась слишком старой, чтобы приходиться ему матерью.
— Я знаю, сынок, но у нас сейчас туго с деньгами. Тебе ведь известно, что у мамы нет и пенни.
Я понимала, что она произнесла это нарочно и что мальчик заговорил, словно по сигналу, но я испытывала к этой женщине благодарность, ведь она помогла мне, в то время как большинство людей прошли бы мимо, не обращая на меня никакого внимания.
— Позвольте мне угостить напитками вас и вашего сына, — сказала я. — Я хочу отблагодарить вас за проявленную заботу.
Женщина положила руку на голову мальчика. Его черные волосы были длинными и тусклыми от грязи, а длинные темные ресницы слиплись. На маленьком личике выделялись голубые глаза, которые казались огромными. У мальчика были тонкие черты лица. Парнишку можно было бы назвать настоящим красавчиком, не будь он таким грязным.
— Нам следовало бы отказаться, но мой малыш сегодня так много прошел и очень устал… Мы собирались посмотреть на фейерверк в парке… Теплая вода с ячменным сахаром взбодрила бы его. Но вы потеряли свою сумочку. Если у вас нет при себе денег… — Она не окончила предложение.
— У меня есть при себе немного монет, — ответила я.
Женщина кивнула.
— Тут неподалеку очень хорошая таверна, всего в нескольких шагах отсюда, если вы не возражаете.
Мысль о том, чтобы где-нибудь посидеть и выпить чего-нибудь горячего, показалась мне заманчивой. Мое дыхание уже восстановилось, но неожиданно я почувствовала резкую боль в спине. Я схватилась за поясницу рукой, и спустя несколько секунд боль утихла.
