А чуть позже и командир подъехал. И тоже с личным интересом. К самолёту, пулемётам, держателям для подвески и сброса бомб, к креплению для фотоаппарата. Ну и ладно, мне не жалко, а даже, наоборот, хорошо. Всё людям легче воевать будет. Хорошо так поговорили. Постепенно и остальной народ подошёл, скучковался. Почти все собрались, включились в обсуждение. Пришлось рассказывать и про переделанное на заводе управление, про внесённые изменения в саму конструкцию планера, про лётные возможности самолёта, его поведение в воздухе, про управляемость и устойчивость. Коснулся и маневрирования, и боевого применения. Настоящая лекция получилась, даже язык устал. Но вытерпел, дело-то нужное. Всё внимание акцентировал на пришедшем в память выражении про скорость, высоту, манёвр и огонь.
К обеду даже отмыли самолёт от потёков масла. Отмывали керосином, потом подогретой водой с мылом. Механики дополнительно пробежались по всем кромкам с кисточками, промазали клеем на всякий случай. Ну и заправили, само собой разумеется.
Несколько раз замечал знакомых офицеров из мастерских с листками бумаги возле самолёта. Перерисовывают мои доработки. Это хорошо, просто даже отлично! Разговоры это одно, а вот когда они на бумаге в виде рисунков остаются, это совсем другое.
А если ещё и лётчики начнут привязываться ремнями перед полётом, то не зря я сегодня горло перед построением надрывал. Завязался утром после завтрака разговор, сначала обо всём, как это обычно бывает. Начали, как всегда, с ерунды и постепенно перешли к более серьёзным вещам. Обсуждали особенности нашей работы. Про парашюты я тоже сказал, не смог промолчать. Да я о них везде говорю, где только могу. Обрадовало, что лётчики после моих слов задумались, не было того явного отторжения, какое я встречал в подобных разговорах всего лишь чуть больше месяца назад. Ну да, я же сегодня такие красочные примеры при этом приводил, будил богатое воображение собеседников. Может, и будет от всех моих стараний какая-нибудь польза…
А рота да — остаётся в Пскове. В следующем году сюда будут прокладывать железнодорожную ветку. Интересно как, вот откуда начиналась авиация в городе…
Быстро пообедал, самолёт у меня заправлен, загружен, то есть полностью подготовлен к вылету. Ну и какого лешего мне целый день терять? И я пошёл к командиру. Получил разрешение на вылет, распрощался и перехватил Матвеича как раз у столовой. Не пешком же офицеру на аэродром топать? Шутка.
А с Андреем так больше и не увиделся. Мелькал он на пределе видимости, но не приближался. Весь из себя смурной и подавленный какой-то. Похоже, что избегает он меня после вчерашнего откровенного разговора. Вот и открывай после такого друзьям глаза на ближайшее будущее.
Распрощался с техсоставом, проверил ещё разок груз в кабине, осмотрел аэроплан, прогрел мотор и дал команду убирать колодки из-под колёс. Покатился на полосу.
Взлетел легко, воздух после вчерашней непогоды сырой, плотный. Земля на солнышке прогревается, влага испаряется, поэтому сразу же начало ощутимо потряхивать. Набрал пятьсот метров по высотомеру, развернулся на левый берег озера, скорректировал курс по своему маленькому ручному компасу. Приблизительно, само собой, вибрации-то никуда не делись, и стрелочка на месте не стоит. Но мне хватит и этого. Тем более маршрут уже проверенный и облётанный, ориентиры знакомы, лети да лети.
Ну и долетел. Спокойно, без происшествий и отказов, в полное своё удовольствие. Сегодня самолёт не насиловал, с меня экспериментов хватило. Так, немного походил змейкой с разными кренами, не отклоняясь от линии маршрута. Сел на то же самое поле, внимательно просматривая воздушное пространство перед самолётом. Очень уж не хотелось снова на птиц налетать. Порулил к той же самой казарме, заглушил на ходу двигатель и по инерции докатился почти до самой стены. Остановился на привычном месте, перекрыл краны подачи топлива, спрыгнул на землю, потянулся несколько раз в разные стороны, разминая кости.
Осмотрел аппарат, остался доволен. Всё на месте, ничего не отклеилось, не отвалилось, натяжка тросов удовлетворительная. Куртку и шлем в кабину на сиденье. Ну не на трос же их вешать? С курткой только немного задумался, оставлять её на себе или всё-таки в кабину определять? Вроде бы как и не жарко. Но, в конце концов, всё-таки оставил в кабине. Лето на дворе, как-никак.
А тут и встречающие появились. С предложением. Пришлось внять им и откатывать самолёт на другое место, ближе к полковым мастерским. Моего прибытия здесь никто не ожидал, но пошли навстречу, выставили часового для охраны. А мне посоветовали поскорее определиться со стоянкой. Заодно и выделили провожатого до штаба. Пойду, доложусь о прибытии адмиралу…
