Пекарня дала ей цель в жизни. Она каким-то образом вносила свой вклад в развитие мира. Независимо от того, помогало ли это мне вести бизнес или вызывало улыбку на лицах клиентов, у Вейви была причина вставать каждое утро. Кратковременный период отдыха был сигналом о том, что ситуация начинает меняться. Я достаточно хорошо знала свою бабушку, чтобы понимать, что она не боялась смерти. Она боялась потерять свою независимость.
— На этот раз я не буду вызывать врача, но если подобное повторится, я это сделаю, — сказала я многозначительно, чтобы она поняла, что я говорю серьёзно.
— Юная леди, может, я и стара, и больна, но я всё ещё старше вас. Я бы посоветовала вам больше не разговаривать со мной в таком тоне.
Она чувствовала себя лучше.
— Да, мэм.
Я отвернулась, чтобы она не увидела, как я улыбаюсь.
***
— Серьёзно, ты никогда не извинялся? — потрясённо спросила я.
— Почему в это так трудно поверить?
— Даже в детстве?
— Я был занят другими вещами, такими как футбол, баскетбол, лёгкая атлетика.
Подняв руку, я остановила Логана от пересказа всего его спортивного резюме.
— Мы все это понимаем, Логан. Ты был спортсменом, — поддразнила я.
— Кроме того, парни не так увлекаются настольными играми, как девчонки, — он подмигнул.
— Недостаточно мужественно? — вмешалась Вейви. — Леон никогда не любил играть ни в какие игры, кроме карт. Он думал, что карты — это мужская игра.
— Думаю, что я бы прекрасно поладил с Леоном.
Моя бабушка одарила Логана милой улыбкой:
— Я думаю, ты бы ему понравился.
Это было в воскресенье днём. Мы были у Вейви, сидели за обеденным столом и играли в игры. Мы уже сыграли несколько раундов в
Когда я была ребёнком, мы с родителями ужинали здесь каждое воскресенье после церкви. Это было в те далёкие времена, когда люди всё ещё ужинали по воскресеньям в середине дня. Пока папа с дедушкой смотрели футбол по телевизору, мама, Вейви и я раскладывали настольные игры. После того, как умерли мама и папа, Вейви просто перестала готовить обеды. Конечно, она, деда и я ели вместе, но обычно это было что-то на вынос.
Вейви раньше любила устраивать такие ужины. Семье пришло время притормозить, расслабиться и рассказать о том, что такое юг. Хорошая еда и семья. Прошло уже пару недель с тех пор, как она работала в пекарне, и это был последний раз, когда она была там. Врач увеличил дозу обезболивающего, из-за чего она быстро уставала. Иногда ей требовались все силы, чтобы встать с постели. Сначала она заставляла себя вставать, но в последние несколько дней — это стало для неё непосильным трудом.
Я никогда не думала, что найду кого-то, кого полюблю так сильно, как любили друг друга мои родители и любили друг друга мои бабушка с дедушкой, но это было так. Логан был великолепен всё это время. Чтобы я могла проводить с Вейви как можно больше времени, он взял небольшой отпуск от юридической практики и заменил меня в пекарне. Между мной, Логаном, Перл, Мозель и даже мистером Абрамсом, Вейви никогда не была одинока. Мы с ней никогда не обсуждали её маленького побочного кавалера. Нам это было не нужно.
Я пыталась воплотить в жизнь некоторые семейные традиции из прошлого и воссоздать их для неё. Сегодня я неохотно и неуклюже попыталась приготовить одно из фирменных блюд Вейви: ветчину, красный рис, запеканку из сладкого картофеля, масляную фасоль и рулетики. Я ненавидела готовить, но свою бабушку любила больше. Я заручилась помощью Логана. Мы были достаточно разумными взрослыми людьми. Я подумала, что с нами двумя есть шанс, что мы сможем принести что-нибудь съедобное к столу. Это было бы не так хорошо, как когда Вейви готовила блюда, но я хотела попробовать, надеясь, что у моей бабушки всплывут приятные воспоминания.
Несмотря на то, что запеканка из сладкого картофеля была немного хрустящей сверху, а красный рис не таким рассыпчатым, как следовало бы, ужин получился довольно вкусным. Похвала Вейви была немного чрезмерной. Мы обе знали, что мои жалкие попытки готовить не шли ни в какое сравнение с её, но я видела по её глазам, что она гордится моими усилиями.
— Теперь, когда твоя пешка приземлится на одно из этих мест, — объясняла Вейви Логану. — Ты можешь проскользнуть в конец очереди.
— Ладно. Я думаю, у меня получилось, — уверенно сказал Логан.
— Подождите секундочку, молодой человек. Ты не дал мне закончить.
Щёки Логана вспыхнули:
— Простите.
— Поэтому, когда твой кусок земли на том месте, где ты можешь скользить, надо сказать: скользи-и-и-ит, в то время как ты доносишь свою пешку до конца строки.
— Сказать «скользит», двигаясь к концу линии. Понял.
Вейви пренебрежительно покачала головой:
— Не «скользит». Скользи-и-и-и-ит.
Смущённый взгляд Логана метнулся ко мне, затем обратно к Вейви:
— Мне казалось, я сказал именно так. Скользит.
