Погода, до того ясная и безоблачная внезапно испортилась. Небо затянули тяжелые темные тучи, подул холодный порывистый ветер. Первые тяжелые капли упали, стоило нам только устроить гардов в рысятне. К дому мы бежали под набирающим силу дождем. После небольшого перекуса мы с Рейнхардом остались в гостиной. Я подошла к окну и всматривалась в даль. Где-то там бродит Зияна. Надеюсь, она сейчас у родителей, а не бродит где-то под дождем. Неожиданный раскат грома заставил меня вздрогнуть.
— Ты боишься хараса? — Рейнхард обнял меня со спины и положил голову на макушку. — Тебе не стоит бояться, он страшен только врагам великого Рехтера. Бог воинов с бурей настигает своих врагов, посылает на их головы огненные стрелы, устрашает грозными раскатами.
— Теперь ничего не боюсь, — удобнее устроилась в коконе ласковых рук.
— И меня? — шутливо спросил лиран.
— Тебя я никогда не боялась, — улыбнулась, хоть он и не мог видеть этой улыбки.
— Что, неужели ни капельки? — притворно удивился Рейнхард.
— Ни капельки, — обернулась к нему лицом и запрокинула голову. — Рейн, — я с нежностью провела по дорогому лицу тыльной стороной ладони.
— Как ты меня назвала?
— Рейн. Ты теперь всегда будешь ассоциироваться у меня с этим словом.
— Почему именно с этим? — лиран поймал мою руку и переплел наши пальцы. — Что оно означает?
— Дождь. В моем мире это слово означает дождь.
Рейнхард медленно склонился ко мне и поцеловал. Сделала шаг назад и прислонилась спиной к холодному окну. Рейнхард положил руки по обе стороны от моей головы, я же своими оплела его шею, притягивая еще ближе.
— Ты словно ргхорошь! — простонал мне в губы мужчина. — Так же дурманишь разум, заставляешь забыть обо всем, но одновременно даришь блаженство.
Лиран притянул меня еще ближе, его руки блуждали по моему телу. Мужчина подхватил меня на руки и понес в отведенную ему комнату. Зайдя, он прислонил меня спиной к двери и продолжил исступленно целовать. Мне не хватало воздуха, казалось, я горю. Платье оказалось сначала спущено, а после и вовсе снято и отброшено в сторону. Рейнхард сам освободился от рубашки и, наконец-то, я смогла погладить и поцеловать его везде. Во всю пользовалась этой возможностью. Меня сейчас пугала лишь одна мысль — что я могу непроизвольно воспламениться. Иногда мне даже казалось, что это уже произошло. Жар охватил меня всю, с головы до самых кончиков пальцев.
Момент, когда мы переместились на кровать, я пропустила. Но в горизонтальном положении было даже удобнее. Губы Рейнхарда были везде, так же, как и его руки.
— Останови меня, — глухо прошептал лиран. — Скажи, и я остановлюсь. Одно твое слово. Только одно слово.
— Не останавливайся.
Проснулась на рассвете, Рейнхард по-хозяйски обнимал меня со спины. По его спокойному дыханию догадалась, что мужчина спит. Понежилась немного в желанных объятиях.
— Я люблю тебя, — призналась тихонько. Очень тихо, на грани слышимости. Даже не шепот, а выдох. Мой обострившийся лиранский слух уловил сбой в дыхании мужчины. На миг его сердце пропустило удар. Или мне показалось?
Выбралась из-под руки лирана и не оборачиваясь отправилась в свою комнату. Уже закончив все необходимые манипуляции, никак не решалась выйти. Наконец, вспомнив про Зияну, решительно направилась в сторону кухни. Девушка нашлась там, во все том же свадебном наряде, похоже она еще не ложилась. Что удивительно, девушка оказалась не одна. С Владисом. Ольф был без своего плаща, я видела шейна без него лишь однажды, обычно он носил его даже в доме. И сейчас очень удивилась.
Тем не менее как ни в чем не бывало пожелала обоим светлого дня и принялась варить кофе. На всех. По себе знаю, насколько этот напиток может изменить восприятие самого плохо начавшегося дня. Или, как в случае Зияны, все никак не заканчивающегося.
Невольно прислушивалась к тихому разговору молодых людей. Неужели я что-то пропустила, например, робкую симпатию между ними? Меня оправдывает то, что для меня ольфы и люди слишком различны. Но такая пара возможна, как говорил Владис. Рейнхард пришел на кухню одновременно с Шадом. Мальчик весело болтал с лираном ни капли не боясь и не смущаясь. Рассказывал о том, как мы с молитвами Эллуриане сажали бахур, как он ловко обыграл Владиса в шахматы. И это все быстро, торопливо, перескакивая с одного на другое. Рейнхарда, похоже, мальчик забавлял. Лиран был в прекрасном настроении, подхватил Шада и шутливо усадил на свободный табурет. Поприветствовав всех, не сбавляя шага приблизился ко мне и на глазах у всех слегка коснулся губ своими.
— Доброго тебе утра, Фейри. — Нежно пожелал он.
Я остолбенела. И от его обращения, и от слов. От волны нежности, исходящей от мужчины.
— И тебе доброго утра, — смущенно пробормотала в ответ. Кофе как раз сварился, и я смогла отстраниться от лирана, чтобы разлить ароматный напиток по небольшим керамическим чашечкам. Шаду, Владису и Зияне я щедро добавила молоко и сахар. Девушка раньше этот напиток не пробовала, потому смотрела на меня, ставящую перед ней порцию крайне удивленно.
— Лира, но во мне нет магической энергии.
