И я любил. И я изведалБезумный хмель любовных мук,И пораженья, и победы,И имя: враг; и слово: друг.Их было много… Что я знаю?Воспоминанья, тени сна…Я только странно повторяюИх золотые имена.Их было много. Но одноюЧертой соединил их я,Одной безумной красотою,Чье имя: страсть и жизнь моя.И страсти таинство свершая,И поднимаясь над землей,Я видел, как идет другаяНа ложе страсти роковой…И те же ласки, те же речи,Постылый трепет жадных уст,И примелькавшиеся плечи…Нет! Мир бесстрастен, чист и пуст!И, наполняя грудь весельем,С вершины самых снежных скалЯ шлю лавину тем ущельям,Где я любил и целовал!
<p>1. «Все помнит о весле вздыхающем…»</p>Все помнит о весле вздыхающемМое блаженное плечо…Под этим взором убегающимНе мог я вспомнить ни о чем…Твои движения несмелые,Неверный поворот руля…И уходящий в ночи белыеНеверный призрак корабля…И в ясном море утопающийПечальный стан рыбачьих шхун…И в золоте восходном тающийБесцельный путь, бесцельный вьюн…
28 мая 1908
<p>2. «Черный ворон в сумраке снежном…»</p>Черный ворон в сумраке снежном.Черный бархат на смуглых плечах.Томный голос пением нежнымМне поет о южных ночах.В легком сердце – страсть и беспечность,Словно с моря мне подан знак.Над бездонным провалом в вечность,Задыхаясь, летит рысак.Снежный ветер, твое дыханье,Опьяненные губы мои…Валентина, звезда, мечтанье!Как поют твои соловьи…Страшный мир! Он для сердца тесен!В нем – твоих поцелуев бред,Темный морок цыганских песен,Торопливый полет комет!
Февраль 1910
<p>3. «Знаю я твое льстивое имя…»</p>Знаю я твое льстивое имя,Черный бархат и губы в огне,Но стоит за плечами твоимиИногда неизвестное мне.И ложится упорная гневностьУ меня меж бровей на челе:Она жжет меня, черная ревностьПо твоей незнакомой земле.И, готовый на новые муки,Вспоминаю те вьюги, снега,Твои дикие слабые руки,Бормотаний твоих жемчуга.
