Не стращай меня грозной судьбойИ великою северной скукой.Нынче праздник наш первый с тобой,И зовут этот праздник – разлукой.Ничего, что не встретим зарю,Что луна не блуждала над нами,Я сегодня тебя одарюНебывалыми в мире дарами:Отраженьем моим на водеВ час, как речке вечерней не спится,Взглядом тем, что падучей звездеНе помог в небеса возвратиться.Эхом голоса, что изнемог,А тогда был и свежий и летний, —Чтоб ты слышать без трепета могВоронья подмосковного сплетни,Чтобы сырость октябрьского дняСтала слаще, чем майская нега…Вспоминай же, мой ангел, меня,Вспоминай хоть до первого снега.15 октября 1959[4], Ярославское шоссе<p>НАСЛЕДНИЦА</p>
От Сарскосельских лип.
ПушкинКазалось мне, что песня спетаСредь этих опустелых зал.О, кто бы мне тогда сказал,Что я наследую все это:Фелицу, лебедя, мостыИ все китайские затеи,Дворца сквозные галереиИ липы дивной красоты.И даже собственную тень,Всю искаженную от страха,И покаянную рубаху,И замогильную сирень.20 ноября 1959Ленинград. Красная Конница<p>«Вам жить, а мне не очень…»</p>Вам жить, а мне не очень,Тот близок поворот.О, как он строг и точен,Незримого расчет.Зверей стреляют разно,Есть каждому чередВесьма разнообразный,Но волка – круглый год.Волк любит жить на воле,Но с волком скор расчет:На льду, в лесу и в полеБьют волка круглый год.Не плачь, о друг единый,Коль летом иль зимойОпять с тропы волчинойТы крик услышишь мой.20 ноября – 2 декабря 1959<p>«И в памяти черной, пошарив, найдешь…»</p>И в памяти черной, пошарив, найдешьДо самого локтя перчатки,И ночь Петербурга. И в сумраке ложТот запах и душный и сладкий.И ветер с залива. А там, между строк,Минуя и ахи и охи,Тебе улыбнется презрительно Блок —Трагический тенор эпохи.9 сентября 1960Комарово<p>БЕГ ВРЕМЕНИ</p>Что войны, что чума! – конец их виден скорый,Им приговор почти произнесен.Но кто нас защитит от ужаса, которыйБыл бегом времени когда-то наречен?10 июня 1961Комарово<p>«Так не зря мы вместе бедовали…»</p>Так не зря мы вместе бедовали,Даже без надежды раз вздохнуть, —Присягнули – проголосовалиИ спокойно продолжали путь.Не за то, что чистой я осталась,Словно перед Господом свеча,Вместе с ними я в ногах валяласьУ кровавой куклы палача.Нет, и не под чуждым небосводомИ не под защитой чуждых крыл,Я была тогда с моим народомТам, где мой народ, к несчастью, был.21 июня 1961<p>НАС ЧЕТВЕРО</p><p>Комаровские наброски</p>
