Марс достал два массивных бокала. На одном – опять же флаг Российской империи, на другом – руны и две надписи: «Страха нет» и «Невиновных нет». После Марс достал маленькую чайную чашечку с блюдечком, разрисованную розовыми цветочками. Ее он аккуратно поставил перед Июлем.
– Рассказывай, чем занимаешься? Все с Кипой водишься? – улыбаясь, спросил Марс.
– Да, пересекаюсь с ним частенько, недавно в аварию попал, в больничке провалялся, пару дней назад выписали.
– Сильная авария?
– Ударился, нормально все. Живой и ладно.
– И не поспоришь. А Кипа недавно связывался со мной. Все дело какое-то предлагал, договорились встретиться да обсудить. Мне деньги, конечно, сейчас нужны, но дела Кипы я всегда недолюбливал.
– Он сейчас проще стал. По крайней мере, по ту сторону закона старается не лезть. А вообще я, наверное, даже знаю, о чем он. Это не точно, конечно, но у нас в городе открывается бойцовский клуб, и Кипа все горел желанием команду набрать.
– Неужто Кипа драться собрался?
– Не, он хотел стать кем-то вроде спонсора или менеджера. А ты у нас парень боевой, выступил бы. Да, если быть честным, у тебя же вся карьера после зоны перечеркнута, заняться нечем.
– Да что ты все про зону эту? Вышел я. Вот тут с тобой сижу, – Марс выбился из миролюбивого равновесия.
– Леша, но ты подумай. Сперва Северный Кавказ, потом судимость. Куда ты дальше? Дело исключительно твое, но знай: мы тебя не оставим.
– Я знаю, Вань, я знаю.
Засвистел чайник, Леша неторопливо выключил газ и стал разливать чай гостям. В комнате повисла неловкая тишина, и только стук ложек и кружек нарушал ее.
– Можно нескромный вопрос? – спросил Июль.
– Ну давай, коли начал, – заинтересованно ответил Марс.
– Вы, как я понял, успели и в армии послужить, и отсидеть? А как же так получилось?
– А тебя, я смотрю, тактичности не учили. Но подожди немного, сейчас зачитаю, – Леша ушел в соседнюю комнату.
– Июль, – фыркнул Бобби, – веди себя скромнее.
– Мне просто стало интересно, – Июль немного отодвинулся от Вани, выражая пренебрежение, будто ему довелось встретиться с редким занудой. Тем временем в кухню вернулся Леша с толстой папкой в руках.
– Так вот, – начал Марс, открывая массивную книгу. – «Коловратов Алексей Макарович 25.08.1988 года рождения, позывной Марс, лейтенант ВС РФ. Осужден по статье 282, часть вторая УК РФ на срок четыре года лишения свободы строгого режима и приговорен к штрафу в размере шестисот тысяч рублей». Вот что они мне приписали! – крикнул Марс и с громким хлопком кинул папку на стол. – Я воевал за эту страну, а потом мне из-за кого-то приписывают статью и лишают всего. От меня вся семья отвернулась. Потерял все связи, единственное, что осталось, – наша компания. Мне уже почти тридцать, а за душой ничего, кроме войны и зоны. Где же поддержка государства? А нет её и никогда не будет. А я до сих пор просыпаюсь в холодном поту, потому что снятся мне горы, вертолеты, танки и смерть. Я два года воевал, а после этого мне в моей же стране говорят, что я должен терпеть.
– А ты ведь раньше и не рассказывал, – после паузы произнес Ваня.
– А ведь раньше и повода не было, – Марс сел за стол и продолжил пить чай.
Пару минут вся компания провела в тишине, пока Бобби не решился обратиться с просьбой, с которой он и пришел к Марсу.
– Не в масть, наверное, будет сказано, но все же. Нашему знакомому помощь нужна. Помнишь Максима из района четвертой больнички?
– Ну был такой. Я с ним, правда, не часто общался, – не отрываясь от кружки, отвечал Марс. – А что у него случилось?
– В подворотне девушку убили за сумку. Я подумал, что ты сможешь помочь. Шваль всякую дворовую ты в кулаке как-никак держишь.
– Серьезное дело. Накажем. Мне бы встретиться с ним, подробности узнать.
– Да, конечно, я ему твой номер скину, он тебя наберет, а дальше сами. Если что, на мою помощь можете рассчитывать.
– Добро, – утвердительно закончил Марс.
– Я, конечно, извиняюсь, но можно еще несколько вопросов? – спросил Июль.
– Какой ты у нас любопытный. Что же с этим сделаешь! Задавай, – с притворной улыбкой ответил Марс.
– На войне страшно?
– Только первые дни. Потом наступает такой момент, когда уже все равно на происходящее. Но это только у меня так. Когда человеку есть за что держаться, он боится это потерять. У меня ничего не было – я не боялся.
– А как же Дина? – удивился Бобби.
– Дина мне сразу сказала, что если я уеду в «горячую точку», то она меня ждать не будет. А не поехать я не мог.
– Почему же? – спросил Июль.
– Брат у меня туда же служить уезжал.
– Рома?
– Да. Не мог я его туда отпустить одного.
– И где же он сейчас?
– В горах он лежит. С орденом Мужества посмертно.
– А каково убивать людей? – продолжал Июль.
