Снова сфокусировал внимание на демоне и ахнул. Это был этакий краб, с восемью закованными в броню лапами, хвостом, заканчивающимся тройным жалом. На крабьем теле крепилось змеиное туловище, с головой быка. Вместо рук у твари были такие же хвосты, как и сзади. С этими демонами можно голову сломать, пытаясь принять их образ.
Видя, что обе передние конечности взвились в воздух и готовы обрушиться на лежащих перед ними людей, я помянул всех святых и заорал во все горло:
– Эй, хреноголовый!
Внимание я к себе привлек, чему не очень-то и обрадовался. Та скорость, с которой голова и все три жала обернулись ко мне, заставила вздрогнуть и сделать шаг назад.
– Аааа… щщщщ…вот и щщщщ виновнищщщик…за вще надо щщщщщ… платищщщщь
От его мерзкого шипения хотелось закрыть уши руками. Но не думаю, что я успел бы сделать даже это. Он сорвался с места со скоростью многоножки, быстро перебирая лапами, которые в буквальном смысле вонзались в землю и вырывали целые комья, размером… Ах да, совсем забыл. Эта тварь была размером с Икарус, и обладала реакцией кобры. Не знаю, какая судьба ждала меня, успей демон ударить, но среагировать я не успевал, будь я даже человеком-пауком.
Почему же я всё ещё пишу? Само собой, я не умер. Меня спасла армия, пришедшая нас убить. Точнее, те самые таинственные лучники. Я уже видел, как обе конечности изогнулись пополам, жала прицелились в меня, и тут демон дёрнулся и, зашипев, развернулся ко мне спиной. Несколько десятков стрел торчали у него из туловища, хотя не похоже, чтобы это нанесло ему хоть какой-то вред. В него летели всё новые и новые стрелы, но большинство просто отскакивали, не оставив на чешуе ни единой отметины.
Я так и стоял, застыв. Признаться честно, мне стало страшно. Я уже чуть не погиб в пещере с Калхеном. Едва не сгорел заживо при встрече с ведьмой. Мозг подкидывал всё новые картины, в которых демон пронзает меня одним из щупалец, или же рвёт на части. Был вариант, что он просто сядет на меня и раздавит. Неизвестно, сколько я бы так простоял, но, неожиданно, кто-то толкнул меня в плечо. Обернувшись, я увидел коня, что привёл мне Лягушонок. Конь посмотрел на меня, мотнул головой, фыркнул и в нетерпении загрёб землю копытом. Тут не нужно быть гением, чтобы понять всё. Даже конь рвется в бой, а я стою тут и придумываю варианты смерти. Разве можно быть большим глупцом, чем я в тот момент?
В голове кинолентой пронеслись последние минуты жизни Ричарда, его поступок, моё обещание. Больше не осталось сомнений. Я тряхнул головой, чем позабавил коня. Он весело заржал и кивнул несколько раз. Потрепал его за гриву, поцеловал в нос и запрыгнул в седло, отметив, что это становится делать всё проще и проще.
Конь не стал дожидаться моей команды и рванул с места, прямо в гущу схватки. Я успел заметить, как Вильям с королем тащат к воротам Владлена. Раз он всё ещё не пришел в себя, дела были плохи. А после стало не до того, всё понеслось кувырком.
Демону, имя которому я так и не дал, надоело отбивать стрелы и он пошёл в наступление, как раз в тот момент, когда я подобрался со спины. Трезво опасаясь хвоста с жалом-трезубцем, я решил зайти сбоку, и уже хотел применить меч, когда он рванул вперёд. Лезвие пролетело всего в нескольких сантиметрах от задней лапы, а сам я чуть не вылетел из седла. Конь, что за дивное животное, думал самостоятельно. Он и до этого скакал резво, но вдруг ускорился и просто стелился над землей. Мне только и оставалось, что прижаться к гриве и наблюдать как мы, словно два охотника, неумолимо настигаем свою жертву!
Со стороны могло показаться, что прошло всего-то несколько секунд, всё-таки армия находилась не так уж и далеко, но для меня время растянулось в целую вечность. Я видел, как все четыре лапы с моей стороны с завидной методичностью вбиваются в землю, строго соблюдая очерёдность и тем самым делая бег твари равномерным.
Когда конь поравнялся, наконец, с демоном, до первой шеренги армии Владлена оставалось совсем немного – секунда, может две. Больше не осталось времени на раздумья, пришла пора действовать. Я замахнулся и рубанул заднюю лапу против движения. Меч на миг полыхнул белым, чистым светом и, не встретив никакого сопротивления, прошел насквозь.
Тут же раздался вой, похожий на свист, а конь резво скаканул в сторону и стал уноситься прочь. Сделал он это очень своевременно, и щупальце, что должно было пронзить нас насквозь, бесполезно разрезало воздух.
Я обернулся и не смог сдержать улыбки. Тварь крутилась на одном месте, не переставая шипеть и брызгать черной кровью. Но не успел я порадоваться успеху, как тут же пожалел об этом. Там, где кровь попадала на землю, начало происходить что-то странное, какое-то движение. Когда я пригляделся, первыми моими словами была грубая брань.
