Дерзкая, высокомерная красавица Невада легко кружит головы и разбивает сердца. Она не верит в любовь и смеется над влюбленными в нее мужчинами, толкая их на безрассудные поступки. И тогда Тайрон Шторм решает укротить строптивую красавицу…
1903 год
Открытый парный экипаж остановился у подъезда красивой виллы, белоснежный фасад которой гармонично вписывался в пейзаж.
Прибывший в нем с Каннского вокзала джентльмен вышел и расплатился с кучером. В благодарность за щедрые чаевые кучер приподнял шляпу и поклонился. Высокий, элегантно одетый мужчина имел при себе только один чемодан, который подхватил сбежавший по ступеням подъезда лакей.
Джентльмен постоял какое-то время неподвижно, прислушиваясь к доносившимся из дома звукам музыки и разглядывая разукрашенный разноцветными фонариками сад. Вдали, между высокими стройными кипарисами, мерцало и переливалось в лунном свете море.
Картина была прекрасная, и негромкая нежная музыка усиливала романтическое впечатление.
Приезжий поднялся в вестибюль, где его ожидал дворецкий.
— Добрый вечер, мистер Тайрон, — сказал он с приветливой улыбкой, какой встречают господ старые слуги семьи. — А мы вас ожидали вчера, сэр.
— Я знаю, Рональдсон, но поезда с Востока обычно опаздывают, и я не успел в Париже на пересадку.
— Ее милость будет рада слышать, что вы прибыли благополучно, — заметил Рональдсон.
— Не докладывайте ей о моем приезде, пока я не вымоюсь и не переоденусь. — Не хочу представать перед ней в таком виде, — сказал Тайрон Штром. — Я вижу, у вас тут веселье.
— Да, мистер Тайрон, ужин с танцами для молодежи. Презрительный оттенок в голосе дворецкого заставил Тайрона Штрома рассмеяться.
Ему было отлично известно, что Рональдсон, прослуживший много лет в семье его сестры, недолюбливал то, что он называл «неофициальными приемами».
— Покажите мне мою комнату, — сказал он. — Мне не терпится привести себя в порядок. К сожалению, поскольку я путешествую налегке, не думаю, что у меня найдется что-нибудь достаточно элегантное для такого случая.
— Зная, что вы остановитесь у ее милости, — отвечал Рональдсон, — я захватил из Лондона ваш вечерний туалет.
Тайрон Штром улыбнулся.
— Спасибо, Рональдсон, я благодарен вам за вашу неизменную заботу обо мне. Хотел бы я только, чтобы вы сопровождали меня в путешествиях.
— Упаси бог! — воскликнул дворецкий. — В молодости ваш образ жизни был бы мне по душе, но пора приключений для меня уже миновала.
Тихо посмеиваясь, Тайрон Штром последовал за торжественно выступавшим Рональдсоном по коридору первого этажа виллы, минуя по пути несколько парадных гостиных.
Тайрон знал, что ему приготовили комнаты, которые он обычно занимал, когда ему случалось пользоваться гостеприимством сестры.
Его приезды и отъезды были обычно так неожиданны, что он не рассчитывал на особый прием, разве что Рональдсон оскорбился бы, если бы его не поместили в подобающей, по мнению дворецкого, обстановке.
Комнаты, куда они наконец пришли, находились во флигеле, соединявшемся с виллой длинным крытым переходом.
Прежний владелец этой виллы был писателем. Он жаждал уединения для своего творчества и поэтому выстроил для себя фактически отдельный домик. В хорошую погоду оттуда открывался захватывающий вид на море и побережье.
Находившаяся на возвышенности вилла леди Меррил занимала уникальное положение, но эта маленькая пристройка, которую ее брат всегда считал своим домом, была расположена еще удачнее, чем главное здание.
— Для вас все приготовлено, мистер Тайрон, — с удовлетворением сказал дворецкий. — Я сейчас пришлю лакея, сэр, чтобы распаковать ваш чемодан. Он француз, но в своем деле разбирается неплохо.
— Благодарю вас, Рональдсон. Как вы понимаете, я путешествую налегке, но в гавани должна быть моя яхта, а на борту у меня много вещей, за которыми я намерен послать кого-нибудь завтра.
— Я надеюсь, сэр, что сегодня вечером у вас будет все необходимое.
— Я в этом не сомневаюсь.
Из гостиной Тайрон Штром поднялся по крутой узкой лестнице в расположенную над ней спальню.
Войдя в уютную, отделанную преимущественно в светлых тонах комнату, он увидел аккуратно разложенными на стуле свой фрак и крахмальную сорочку.
Взглянув на эти вещи, предназначенные для вечерних приемов, Тайрон поморщился с сожалением, подумал, как ему будет неудобно в них после той одежды, которую он привык носить последние три месяца.
Все это время он выполнял секретную и порой довольно опасную миссию на Востоке, путешествуя инкогнито с паспортом на чужое имя.
Отправляя накануне вечером из Парижа свое последнее донесение, над которым он провел до этого почти всю ночь, Тайрон знал, что некие высокопоставленные персоны в Лондоне будут чрезвычайно довольны результатами, которых ему удалось достичь.
Тайрон Штром всегда был загадочной личностью в глазах своих знакомых, друзей и даже обожавшей его сестры.
Некоторое время он работал в министерстве иностранных дел и, казалось, целиком посвятил себя дипломатической карьере» Потом неожиданно и без всяких разумных объяснений оставил министерство и начал путешествовать, посещая самые отдаленные уголки мира, не оставляя своего адреса и не распространяясь по возвращении о том, где ему случилось побывать.