— Алекс, я люблю тебя, и всегда любила. Как же я соскучилась. — Оба тяжело дышали, после того, как утолили свою страсть.
— Спасибо, милая. Ты мой ангел спаситель. Не знаю, как бы я все это пережил без тебя!
— Как ты мог предать нашу любовь, Алексэд?! Что ты нашел в этой змее, чего не могла тебе дать я?!
— Прости, милая, не могу сказать. Словно пелена перед глазами была. Но теперь она спала, и я все ясно вижу. — Он посмотрел на нее и нежно поцеловал.
— Лиса всегда была коварной и ядовитой змеей. Ты не первый и не последний, кто попал под ее чары. Но теперь я рядом и все будет иначе. Я не позволю ей больше причинить тебе вред.
— Больше и не надо! Хищный оскал исказил его лицо. — Поверь, милая, я сделаю все, что бы удавить эту тварь собственными руками. Она больше не причинит вред никому! Только хочу сначала насладиться ее мучением и унижением. А главное, снять с нее прилюдно маску лжи и кольцо, что я ей надел. Я не успокоюсь, пока на этом мерзком чудовище мой символ…. — Он не смог договорить, задыхаясь от гнева и боли.
— И после этого ты сделаешь меня своей женой?!
— Да, милая. Никто не достоин этого больше, чем ты!
Лэйд отпустила мою руку, а я упала на пол задыхаясь и захлебываясь слезами.
— Ты решила, что тебе все позволено, Лиса?! Что ты в праве решать чужие судьбы?! Но я не стану опускаться до твоего уровня. Мне сегодня утром сообщили, что стражи вышли на тебя и придут сюда с минуты на минуту. Я пришла помочь. Я знаю, что такое терять и не желаю твоей смерти. Если ты готова, я отведу тебя к человеку, что поможет выбраться из города.
Я была готова. Теперь меня ничего не держало здесь. Я не знала, как буду жить дальше, но и оставаться с ним в одном городе больше не могла. Лэйд сдержала свое слово. Она отвела меня к человеку и исчезла. Больше я ее не видела. Я больше никого не видела. Заплатив за услуги тем перстнем, что мне вручил король, как оплату, я выпила то, что мне дали. В таком состоянии я могла выпить даже яд, с горящим огнем и кусками льда одновременно. Уже уходя из сознания, с облегчением поняла, что это сыворотка забвения. Значил, когда приду в себя, ничего не буду помнить. А лучшего я и желать не могла.»
Глава 13.
Голова уже не болела, избавившись от груза воспоминаний. А грудь горела огнем, разрываемая рыданием и стоном боли.
— Уйди, Алекс, прошу, не приближайся ко мне! — Я лежала на полу, скорчившись, как младенец. — Я ненавижу тебя, слышишь, ненавижу!!!
Он и не трогал. Он вообще боялся прикоснуться ко мне.
