Нет, конечно, Марк не строил иллюзий: никто не отпустит его на свободу. Чхать на слово чести, таких пленников не отпускают. Но граф выпросит его в свое распоряжение. Эрвин отдаст: Марк теперь бесполезен для него, как выжатый лимон. А граф возьмет: ведь куда лучше иметь двух заложников в подарок Адриану, чем одну лишь обманщицу-Минерву! Граф не знает о размолвке Ворона с императором. Граф считает Марка ценным помощником владыки. И главное: представ перед императором, Марк сможет подтвердить, что граф ни сном, ни духом не собирался поддерживать мятеж. Граф – жертва обстоятельств, и только! Ворон скажет это – владыка поверит.
Нужно учиться ходить.
До графской столицы, Уэймара, неблизкий путь. Карета – северный порт – морское судно – Предлесье – речное судно… Граф сам сказал, что его эскорт хилый. А корабль – не темница, доски – не камни… Давай, граф, шепчи на ухо своей красотке! Давай, принцесса Севера, иди к брату, тяни за ниточки! А я, тем временем, вспомню, как ходить. И плавать. И драться, если понадобится.
Корабль – не темница… Совсем другое дело.
* * *
– К тебе пришли, – сказал тюремщик. В этот раз не было ни пинка, ни ведра воды. И голос звучал как-то странно.
Марк сел. Стражник вставил факел в кольцо на стене и сковал пленнику руки.
– Входите, ваша светлость, – сказал он этим вот странным голосом.
Вошла девушка в шелковом алом платье, того же цвета перо украшало прическу. Она несла в руке кувшин, а в другой – вазу с фруктами. Тонкий хрусталь в серебристых узорах. Ваза. С фруктами.
Марк не смог придумать шутку.
– Миледи…
– Ступайте, – сказала леди Иона София Джессика тюремщику и поставила дары на пол у ног Ворона. – Здравия вам, Марк. Как ваше самочувствие?
– Миледи… – повторил он растерянно.
– В кувшине вино, – продолжила девушка. – Когда уйду, оно все еще будет горячим. Я хочу, чтобы в вашей жизни стало чуть меньше страданий.
Марк промолчал. Чувство было такое, будто он внезапно разучился говорить по-человечески, и потому не понимает ни слова.
– Эрвин поведал, что вы не знали о злодействах Адриана и не повинны ни в чем, кроме преданности вашему господину. Мы не хотим причинять вам боли сверх той, что была необходима.
– Ах, как любезно, – процедил Марк. Леди Иона не уловила сарказма.
– Я распорядилась: вас теперь станут кормить с солдатской кухни. Будут овощи и свежий хлеб, иногда мясо и эль.
Станут кормить?.. Марк насторожился.
– Вам принесут новую одежду и теплую воду, чтобы омыться. Раз в три дня вас будет осматривать лекарь. Или чаще, если понадобится.
Будет осматривать? Раз в три дня?! Какие еще три дня? Разве ты не пришла меня освободить?!
– Хотите чего-нибудь еще? Может быть, книгу и свечу?..
– Миледи, – не вытерпел Марк, – что ваш муж говорил обо мне?
– Муж?.. – ее брови поползли вверх. – Ничего. Почему он должен говорить о вас?..
Вот гад! Первородный подонок!
– Нет, сударь, муж и не знает, что вы здесь… Мне рассказал о вас Эрвин. Он восхищается вашей смелостью…
Марк скрипнул зубами, силясь скрыть досаду. Наткнулся глазами на вазу, с трудом подавил желание разбить ее к чертям. Леди Иона проследила взгляд узника.
– Я надеялась чем-то скрасить вашу жизнь… Понимаю, что одних фруктов мало.
– Ну, что вы!..
– Когда была на вашем месте, мне больше всего недоставало ярких цветов. Многое отдала бы за букет хризантем или азалий. Темница так сера и сумрачна… это самое худшее.
– На моем месте?.. О чем вы, миледи?
– Моя бабушка – леди Джессика – долго была заложницей в Рейсе. Однажды я решила узнать, каково это, и попросила запереть меня в темнице на две недели.
– Отец не сказал, что вы свихнулись?
– Отец сказал, что леди Ориджин должна быть готова ко всему, и с радостью выполнил просьбу.
– И вас кормили той же дрянью, что меня?
– Конечно. Иначе в чем смысл?
– А как на счет пыток, миледи? – ехидно обронил Марк. – Иглы под ногти?.. Каленые клещи?.. Щелок на грудь?.. Леди Ориджин должна быть готова ко всему, разве нет?
Иона пожала плечами:
– Я просила, но отец запретил.
– Вы насмехаетесь надо мною? – воскликнул Ворон, хотя и знал ответ. Никакой издевки, просто она сумасшедшая – вот и все.
– Мне неприятно, если вы так считаете. Я пришла затем, чтобы помочь. Не смейте мне не верить!
– Хотите помочь, миледи? – усмехнулся Марк. – Так отпустите меня. Что вам стоит?
– Этого я не могу.
– Неужели? Вы же Северная Принцесса! Тут все впадают в экстаз от одного звука вашего имени. Леди Иона-аа!.. А-ааах!.. Прикажите любому – и он выполнит со слезами счастья на лице.
Девушка нахмурилась.
– Темница – не повод забыть о приличиях, сударь.
– Простите мою грубость – обстановка располагает, знаете ли… Так что скажете на счет свободы?
– Я не могу отпустить вас, – покачала головой Иона, – ведь тогда вы отправитесь к императору и доложите обо всем, что здесь узнали. Нам с Эрвином не хотелось бы этого.
Ну, еще бы!.. «Нам с Эрвином», видите ли! Проклятый лжец Шейланд хоть каким-то боком участвует в этом «нам»?!
Ладно, по крайней мере, он не сказал ей о монастыре Ульяны, а это уже хорошо. Есть шанс, что Шейланд отдаст Минерву владыке, а не мятежнику.
