– Чушь собачья, – сказал я. – Невилл не знался с людьми вроде Минто, – правда, произнося эти слова, я уже сомневался в их искренности. Невилл знал множество очень сомнительных личностей. – Это сделал ты. Сначала угрожал мне, а потом прислал драчунов своего приятеля в магазин. Чтобы убить сразу двух зайцев.
– Это тебя, что ли? – фыркнул Этеридж. – Не льсти себе!
– Тогда почему же они вернулись, а? Зачем эти парни вернулись? Чтобы извиниться?
На лице Этериджа появилось нерешительное выражение.
– Ну, хорошо, – наконец сдался он. – Второй раз они пришли из-за меня. Когда ты замутил этот шантажистский фарс, я даже не знал, что ты работаешь в том самом магазине. Мне было известно, что Минто хочет его закрытия. И только после убийства того парня – Невилла – я узнал про тебя. И тогда – да, я подумал, что ты заслужил взбучку. И организовал ее, убедил Чарли снова подослать их. Но это была всего лишь взбучка! – его голос внезапно стал тоньше, в нем послышалась мольба, и Этеридж несколько раз повторил: – Всего лишь взбучка! Мак посмотрел на меня.
– Ты ему веришь?
– Да, – ответил я, – я ему верю. – Ведь правда, Ролли? – я поднял ногу, будто собираясь ударить Этериджа, а когда он съежился, просто махнул ею в воздухе. Господь свидетель, я действительно хотел кого-нибудь ударить, но внезапно понял, что отнюдь не Этериджа.
– В чем твоя проблема? – внезапно произнес Этеридж, включившись в происходящее. – Дело ведь не в твоем друге Невилле, верно? Тебе просто обидно, потому что Росс вышвырнул тебя из своей группы. Ты просто стоишь в сторонке и хочешь, чтобы тебя впустили. Все меняется, и у нас – у тебя – есть шанс поучаствовать!
– Поучаствовать в чем? – я не смог удержаться и заглотнул наживку. – В обложке «Рекорд Миррор»? В устаревших шоу на американских футбольных стадионах? Да, это действительно изменит мир!
Этеридж смотрел на меня с недоверием.
– Изменит мир? Когда это люди вроде тебя заботились об изменении мира? Ты всего-навсего хочешь и дальше жить на государственной земле, трепаться о революции и слушать старый печальный рок в задних комнатах грязных пабов! И ты не видишь, что мир меняется прямо у тебя под носом! Люди вроде тебя – не радикалы. Вы просто влюблены в собственные неудачи!
– О, – воскликнул я. – А ты, значит, победитель, да? Звездный наркодилер? Люди вроде тебя и Рикардо – да вы просто шестерки для гангстеров типа Минто! Вы как пехотинцы Тэтчер!
И тут я рассмеялся и снова махнул ногой. Попал точно в пустую бутылку из-под воды и смотрел, как она вылетела из двери и скрылась в ночи. Затем опять повернулся к Этериджу.
– По крайней мере, пока она поблизости, вам всегда есть, кого винить! – тут я снова размахнулся, и вслед за бутылкой полетела банка. – Чертова Тэтчер!
И мы рассмеялись. Но мы ошибались, а Этеридж нет. Надвигалась новая волна, и то, что мы считали нашим миром, неудержимо уносилось прочь. Мы пока не знали этого, только все мы были детьми Тэтчер – и все были лишенными веры, каждый из нас.
И на этом все закончилось, более или менее. Применив определенное давление, Мак убедил Этериджа сообщить нам имена Комедианта и Фаната. Анонимная записка в полицию Саусэнда советовала им проверить двоих парней, которых отправили в больницу со стоянки Кёрсаала – их разыскивали за убийство в Ковент-Гардене.
А шесть месяцев спустя я в суде опознал их как головорезов, преследовавших меня в Уэст-Энде. В конце концов дело заглохло на середине. Похоже, парни воспользовались своими связями с семьей Минто, и Корона смягчила приговор за непредумышленное убийство. Оба отделались десятью годами. Как бы там ни было, это принесло хоть какое-то облегчение семье Невилла.
Чарли Минто так больше и не всплыл. Наверное, его тело унесло в море. Правда, иногда меня по-прежнему мучают кошмары, в которых за мной гонится его водянистый призрак.
Время от времени я вижу во сне Фрэнк. Она появилась в Лондоне несколько недель спустя. Их вместе с Россом видели на каком-то открытии. Но мы с ней не встречались. И, в конце концов, она полностью покинула мою жизнь. До сегодняшнего вечера.
А теперь я снова ее потерял. Ее не было ни в «Оксфорде», ни в «Дербишире», ни в «Общительном парне», хотя там я заметил одного из этериджевских фаворитов. Этеридж по-прежнему где-то здесь. Однако уже не в музыкальном бизнесе. После случившегося он продержался с Россом еще полгода, но после того как альбом провалился в Америке, а звукозаписывающие компании начали неопределенно запинаться по поводу финансирования мультимедийных шоу, Этеридж прочел руны и отступил, занявшись упаковкой поп-промо для записывающих компаний. Последнее, что я о нем слышал – он обзавелся собственной независимой телекомпанией, преуспевшей в борьбе за Пятый канал. Теперь он Роланд Этеридж.
