Есть у меня в аське один контакт – 20-летний мальчик, который что-то там видит. Во время наших разговоров он созерцает приходящие образы – различные пейзажи, водопады и т.д. Спрашиваешь его: а что это все значит? Он не знает. Его видение слишком замысловатое, не позволяющее понять смысл сразу и нуждающееся в долгой, кропотливой трактовке.
Существенную помощь в понимании видений оказывает личный канал яснознания, по которому просто приходит четкое знание того, что данное видение означает. Но и тут тоже не все так просто. Канал может быть непрочищенным, и сыпаться тогда по нему будет мусор, вводящий видящего в заблуждение. Я проходил через такое в спектре измененных состояний магреальности и также был свидетелем ошибочных заключений видящего на основе данных, полученных через недостаточно чистый канал.
Поэтому тонкое видение свое, буде оно наличествует, надо совершенствовать, а канал яснознания прочищать постоянной духовной практикой. Спонтанными видящими, не понимающими своего дара, и так полны дурдома.
Вот что говорил по этому поводу вредный старикашка дон Хуан.
Замечанием дона Хуана было, что мое «видение» было слишком сложным.
– Ты можешь действовать лучше, – сказал он. – ты хочешь, чтобы я объяснил тебе, что случилось. Что ж, я хочу, чтобы ты использовал свое «видение» для этого. Ты видел, но видел ерунду. Информация подобного рода бесполезна для воина. Слишком много времени уйдет на то, чтобы разобраться что есть что. «Видение» должно быть прямым, потому что воин не может тратить своего времени на то, чтобы расшифровывать увиденное им самим. Видение это видение, потому что оно прорывается через всю эту ерунду.
Я спросил его, не думает ли он, что мое видение было в действительности только галлюцинацией. Он был убежден, что это было видением из-за сложности деталей, но что к данному случаю оно не подходило.
– Ты думаешь, что мое видение объясняет что-нибудь? – спросил я.
– Наверняка. Но я не стал бы пытаться расшифровывать его, если бы я был тобой. В начальных этапах видение смущает, и легко в нем потеряться. По мере того, как воин становится туже, однако, его видение становится тем, чем оно должно быть – прямым знанием.
Пока дон Хуан говорил, у меня произошел один из тех любопытных провалов в ощущении, и я ясно почувствовал, что я вот-вот сниму завесу с чего-то такого, что я уже знал. Но это мне не удалось, потому что все стало очень туманным. Я понял, что погрузился в борьбу с самим собой. Чем больше я старался определить или достичь этого ускользающего кусочка знания, тем глубже оно тонуло.
– Это видение было слишком… Слишком зрительным, – сказал дон Хуан.
Звук его голоса встряхнул меня.
– Воин задает вопрос и через свое видение он получает ответ. Но ответ прост. Он никогда не осложняется до степени летающих французских пуделей.
Ездил сегодня в полиграфическую фирму, которая за скромную плату будет делать оригинал-макет "Цветов глухих улиц". Печатать книгу у них я отказался, так как фирма не занимается реализацией, а сам искать реализаторов, имея на руках напечатаннный тираж, не собираюсь. Поэтому, когда сделают макет, буду искать издательство, готовое напечатать и реализовать небольшой тираж книги с этого макета.
Сидючи в офисе и ожидая, пока сотрудник подготовит счет, получил недвусмысленный знак того, что дух контролирует ситуацию и все должно быть хорошо: по звучащему в комнате радио сначала включили одну из песен дуэта моей юности – Modern Talking, а затем потрясающую композицию Энигмы, одну из моих любимых, которую слушаю очень часто – Return to Innocence. Это был какой-то праздник!
Программа издания "Цветов…" наконец-то стартовала.
Этот отрывок был написан шесть лет назад и все это время лежал у меня на винте, может быть потому, что я не чувствовал его актуальности. Но сейчас что-то изменилось, поэтому выкладываю его сюда. Данный текст не дорос до главы книги (равно, как и книги нет) и является просто отдельной новеллой – самостоятельным, очень кратким произведением.
Наконец-то чертова Индустриальная Зона осталась позади. Весьма мутное местечко. И полностью бесполезное. Кроме ржавых станков, покрытых грязью машин, луж машинного масла и прочего хлама, составляющего понятие «индустрия» там ничего нет. Впереди показался обычный городской пейзаж. Осознание себя резко возросло. Да я же во сне! Впервые за два месяца осознался – это очень радует. Взглянул на руки, осмотрел себя – одет в старую куртку и такие же сапоги. Я перешел в состояние осознанности во сне – с этого момента сон превратился в осознанное сновидение. Самое интересное то, что это не делало меня тут хозяином всего – эдаким божком местной реальности на те минуты, что я буду здесь. Не знаю почему, но я не мог лепить этот мир по своему усмотрению. Мой статус, как и во всех подобных путешествиях был только гостевым.
