– Моя Лисичка… Моя девочка… Если бы я знал, то поубивал бы каждого. Цыпу, Каштана, Капусту. Но первому досталось бы брату.
– Капустин здесь ни при чем. Он был с Кристиной. Они не знали, что задумали их пьяные дружки.
– Но Цыпа и Каштан… – Он помотал головой. – Уроды! Как они могли? Как только я на ноги встану, то…
– Егор! – перебила я. – Пожалуйста, не нужно никому мстить. Знаешь, я поняла, месть – это опасная игра. Лучше отпустить и радоваться тому, что имеем сейчас. Как поступить с братом – это твое дело. Но пообещай, что ты никому из своих друзей не расскажешь, что я – та самая девочка, над которой они измывались на озере. Я не хочу, чтобы они знали.
– Но…
– Подожди! – Я резко соскочила на кровати и заговорила очень убедительно: – Все вокруг узнают, что меня когда-то изнасиловали. Твои друзья, Ритка, одногруппники. Будут поднимать эту тему, задавать вопросы, которые я слышать не хочу. Начнут ворошить прошлое. Коситься на меня в универе. А если слух дойдет до моей семьи? Егор, тебе это надо? Мне это надо? Нам с тобой это надо?
– Всё равно я не смогу общаться с этими тварями.
– Не общайся! Но, пожалуйста, найди другую причину. Ради меня.
– Будет очень сложно, но я попробую…
– Знаешь, кажется, я знаю, как мы поступим с твоим братом. Я перешлю тебе то фото. А ты отправь ему. Передай от меня привет пламенный. Напиши: «Бог ему судья» – и отпусти. Больше никакой мести.
Егор притянул меня к себе. Мои ноги свисали с кровати, а голова лежала на его груди. Он накрыл нас одеялом. Его пальцы снова скользнули под мои волосы, и легкие массирующие движения успокаивали и собирали душу по кусочкам, возвращая обратно в тело.
– Твои родители в разводе?
– Да.
– Я не знала… Давно?
– Слушай, давай я тебе как-нибудь расскажу во всех красках о том, как рушилась моя семья. Но только не сейчас, ладно?
– Конечно.
– Кстати, а где моя мобила?
– Лежит на дне водоема, – вздохнула я.
– М-м… Купается, значит?.. Ладно, отец пообещал сегодня принести другую. У тебя остался номер моей матери?
– Да, есть.
– Набери ее, пожалуйста. Не могу понять, почему она не приходит? И отец ничего не говорит… И медсестра позвонить не дает…
– С твоей мамой всё… – И в этот момент в моей руке завибрировал телефон. Увидев на дисплее «папа», я поторопилась ответить.
– Пап?
– Привет, милая!
– Как всё прошло?
– Одну секунду. С тобой кое-кто хочет поговорить.
В трубке раздался тихий женский голос.
– Элечка? Это тетя Оля. – И по моим щекам снова хлынули слезы. Но на этот раз слезы радости.
– Как вы? Как прошла операция?
Я словно видела знак вопроса в глазах Егора.
– Твой папа волшебник. Нет, он послан самим Господом на этот свет, чтобы спасать жизни! – Тетя Оля тоже всхлипнула. – Я не знаю, как вас отблагодарить! Эдуард Сергеевич отказывается от денег!
– И правильно делает, – улыбнулась я.
– Вы сотворили чудо! Подарили мне жизнь! – Она еще раз всхлипнула.
– Сейчас я передам кое-кому трубку. А вы только не волнуйтесь, ладно?
– Что случилось? – встревожилась женщина.
– Это твоя мама, – шепнула я Егору и подала ему телефон. Он, ничего не понимая, прислонил трубку к уху.
– Мам? – неуверенно спросил он.
На том конце провода воцарилась тишина, и только спустя несколько секунд она заговорила:
– Е… Егор?
– Мам! Это я, мам!
– Сынок, милый мой, господи! – послышались ее рыдания, а затем строгий голос отца: «Та-а-ак, никаких слез и переживаний!»
Тетя Оля успокоилась и принялась рассказывать Егору, как попала в больницу. Благодарила моего папу, меня и всех святых. А Егор сомкнул наши пальцы в замок и, едва сдерживая подкатывающиеся слезы, смотрел на меня с такой благодарностью, словно я сама лично починила сердце его маме.
Когда он положил трубку, то вместо слов прижал меня к своей груди и обнял крепко-крепко.
– Простите, – раздался тихий голос медсестры. – На сегодня посещение окончено. Егору нужен отдых.
– Можно она останется здесь на ночь? Постелите на соседней кровати, – улыбнулся Егор медсестре.
– О, на эти кровати лучше не попадать! – мило ответила девушка и кивнула мне в сторону выхода, шепнув: «Сейчас сюда придет доктор осматривать больных».
– Я приду завтра после учебы, – пообещала я и потянулась поцеловать его в щеку. Он повернулся и подставил губы.
Медсестра кашлянула. Пришлось прервать поцелуй, отпустить его руку и проследовать за ней.
