Сверху опустилась тень, взмахнув крыльями, и я увидел коршуна просто гигантских размеров. Он посмотрел мне в глаза. Его взгляд обжигал, будто проникшие под кожу раскаленные иглы.
- Ты слишком зазнался, смертный.
Я усмехнулся, несмотря на все нарастающую боль.
- Может, и так. Но это не помешает мне перебить твоих придурков-последователей, а тебя зажарить на вертеле и сожрать с потрохами.
Птица в гневе взмахнула крыльями, ее красный глаз источал ярость не хуже глаза адской гончей.
- Ты пожалеешь об этом, смертный. Когда мы снова встретимся, ты пожалеешь.
Ледяной ветер порывом налетает на мое тело, и все коршуны разом взмывают в небо, заслонив мне обзор…
Первым вернулось осязание, за ним слух. Я сел, восстанавливая остальные чувства.
- А, проснулись, молодой человек.
Я сфокусировал взгляд. Родовой лекарь Сосновых… Старик сидел на стуле возле кровати и читал какую-то книгу. Я пригляделся - "Справочник по ботанике" профессора Подорожникова.
Лекарь усмехнулся, не отрывая взгляда от страниц.
- Что смешного, старик? - недовольно ворчу я, вставая с кровати. - В медицинских справочниках нынче печатают анекдоты?
Ох, мать твою, как грудь-то болит… Ощущение, будто грудную клетку распилили и насыпали внутрь кайенского перца. Горло саднит, будто прокашлял раз сто. Отвратительно.
Интересно, сколько я спал? Надеюсь, не восемнадцать часов, как в прошлый раз…
- К сожалению, нет, - отвечает доктор без обиды в голосе, все так же смотря только на книгу. - А ведь это сделало бы их куда интереснее… Но сейчас я просто радуюсь тому, что не растерял хватку.
- С чего это ты взял? - спрашиваю, осторожно разминая мышцы. Надо бы одеться, а то негоже голым по поместью расхаживать.
- Ну как это? Если бы растерял, вы были бы мертвы, юноша.
Он наконец отложил нудный том на тумбочку и встал, тяжело вздохнув. Подошел ко мне и вгляделся в рану на груди.
Я тоже перевел туда взгляд. Мда. Зрелище премерзкое. Глубокие порезы от когтей тщательно зашиты, кожа на швах и вокруг синяя, будто вот-вот начнет отмирать. Даже моих познаний в медицине хватает, чтобы понять, насколько это было опасное ранение. Если такая штука загноится, то… Лучше бы гончая сразу перегрызла мне горло.
- Да уж, задачка была не из лёгких. Вам повезло, что приехал я, а не какой-нибудь более слабый лекарь. Вот например, если бы вы вызвали Кирилла Олеговича, родового у Коршуновых… Ну, думаю, надолго в нашем чудесном мире вы бы не задержались.
Я усмехнулся. Ага, приехал бы ко мне родовой лекарь Коршуновых. Скорее уж личный лекарь императора бы приехал.
- Что с Ликой? - спрашиваю, вспомнив самое главное, ради чего доктора и позвал.
- Все с ней хорошо. Ее случай был куда проще вашего. - Отмахивается старик. - Правда, стимулирующие эликсиры ей лучше не пить. Потому, что это в следующий раз это ее убьет. А ещё потому, что это не то, чтобы незаконно… Скорее неэтично.
Он недвусмысленно смотрит на меня, давая понять, что этика служанке не особо нужна, а вот наследнику рода очень даже.
Интересно, как узнал? Анализ крови? Продукты распада этих долбанных эликсиров оставили след? Это было бы не очень хорошо. Потому что кто знает, к чему такое могло бы привести, если бы обнаружилось в городской больнице.
- Неэтично, да и черт с ним. Вы же не будете упрекать служанку за то, что она не стала следовать правилам этики, спасая свою жизнь? - тем не менее ответил я.
Несколько секунд доктор сверлил меня насмешливым взглядом, вновь давая понять, что видит меня насквозь. Однако все же отвалил с ненужными расспросами, не знаю уж по какой причине.
- Одежда в верхнем ящике. Переодевайтесь поскорее, граф вас уже ждёт.
Я удивленно выгибаю бровь. Если мы говорим про графа Соснова, то он просто не может быть здесь. С чего бы графу, чей род считается чуть ли не самым могущественным в Твери, лично приезжать в поместье к какому-то разорившемуся сопляку? Справиться о здоровье вассала? Смешно.
Лекарь, не удостоив мой вопросительный взгляд ответом, выходит из комнаты. Что ж, ничего не остаётся, кроме как пойти и самому проверить, что там за граф.
Одевшись, я выхожу в коридор, все еще слегка прихрамывая. Чертова грудь саднит просто адски. Правда, думаю тут дело в обычном истощении - слишком уж я вымотался, гоняя эту псину из угла в угол, вот и оно. Да и плюс много крови потерял.
Признаться, увиденное в коридоре меня, как бы сказать… Самую малость шокировало. В частности то, что здесь были
- Ну вот, после этого я ему и…
- Слушай, ну она же совсем…
- Да ну нафиг! А он…
- А че он? Свалил по-хорошему, пока до греха не дошло. Он же знает, у меня рука тяжёлая…
- Да уйдите вы с прохода, придурки…
Целый сонм голосов навалился со всех сторон, так что у меня даже голова закружилась. Нет, к окружению большого количества людей я привык, выступая на арене, но вот для этого тела… Подобное точно не было привычно.
