Сдержаться было невозможно. В закатном солнце перевязочка сияла всеми оттенками красного и рыжего… Лиска робко приняла дар, думая о том, что Василь слишком щедр.
Слишком.
Чего он потребует взамен? Она была уверена, что после такого подарка многие девушки с легкостью отправились бы с ним куда-нибудь на сеновал.
Но Василь, пусть и говорил ей ласковые слова и дарил такие подарки, никогда не предлагал чего-то… неприличного.
– Нравится? Правда?
Лиска сжала перевязочку в ладони.
– Спасибо тебе… я…
– Василиса, – его тон стал серьезным, а глаза… злее? Или это решимость? – Я хочу, чтобы ты… в общем… я понимаю, что тебе только шестнадцать, но многие в твоем возрасте уже выходят замуж, хотя в Вилийском княжестве это не обязательно. Ты еще не перестарок, но уже год как в брачном возрасте.
– Ты… что, предлагаешь мне замуж, что ли? – усмехнулась Лиска, подивившись тому, сколь равнодушным ее оставило это предположение. Даже яркая перевязочка вызвала больше эмоций, чем-то, о чем все девушки мечтают.
Все дело в том, что она всегда видела себя только рядом с Радимом. Только с ним. Он стал ее миром, стал чем-то особенным. Все остальные были лишь мимолетными связями, и только со Старым Лисом у нее была истинная связь. Связь, которую он безжалостно разорвал в клочья.
– Предлагаю! – воскликнул Василь. – Я… я знаю, что тебе в деревню нельзя. Я уж не спрашиваю, почему, но это не будет проблемой, понимаешь? Я собираюсь покинуть Тихую Падь. Отправиться в город. Говорят, плотнику там можно будет устроиться. И мы сможем… сможем быть вместе!
Дыхание перехватило. Но не от волнения, а от горечи. Она прекрасно понимала чувства Василя. Совсем недавно она говорила похожие слова Радиму.
Почему нас любят те, кого не любим мы?
Почему мы любим тех, кто нас не любит?
Лиска не знала, что делать. Что ему сказать? Она не знала, сможет ли она когда-нибудь его полюбить. Сейчас ее сердце принадлежало Радиму, пусть он ее и обидел.
Но Василь взял дело в свои руки. Стремительным движением он шагнул к ней, обнял лицо и припал к ее губам.
Лиска сначала даже растерялась, а его губы становились все требовательнее. Ее первый поцелуй… она была уверена, что его сорвет Радим… о, как же она хотела подарить его именно рыжеволосому охотнику!
Мысль вырваться и убежать исчезла в тот же момент, что и появилась. Зачем бежать? Бежать от того, кто готов подарить небо и луну?
Руки Василя стали смелее. Она почувствовала, как правая спускается по плечу, вниз, а левая ложится на волосы, прижимая ее еще сильнее.
Поцелуи тоже стали смелее. Она чувствовала прикосновение его языка к своим сжатым зубам. А потом расслабилась.
Будь, что будет.
Нет смысла себя беречь для того, кто уже не вернется.
И для кого-то другого – тоже. Она – ведьма. Совсем юная, но это не имеет никакого значения.
Ей никогда не стать простой крестьянкой.
Василь получит то, чего хочет, и уйдет. Лиска была в этом абсолютно уверена.
А если закрыть глаза – можно представить, что это Радим. Что это Старый Лис дарит ей горячие поцелуи и медленно, но решительно расплетает ее косу.
Василь все продолжал ее целовать, а Лиска, отвечая ему, проводила взглядом упавшую наземь красную ленту.
А ведь только муж может такое сделать. В первую брачную ночь.
Надо закрыть глаза. И представить, что ее целует другой.
Так она и сделала, не замечая, что из глаз опять текут слезы.
А вот Василь заметил.
Он внезапно оторвался от ее губ и, тяжело дыша, убрал руку от ее волос.
– Василиска… ты плачешь? Почему? О, боги! Прости меня, прости! Я…
– Все хорошо… я не плачу, – она открыла глаза.
И всхлипнула.
Василь громко сглотнул, а потом резко отстранился от нее, чуть не споткнувшись о корень, торчавший из земли.
Солнце будто этого и ожидало, скрывшись до следующего дня и оставив их в вечерних сумерках
Волосы Василя перестали быть рыжими, а стали просто серыми. Он смотрел на нее во все глаза, и Лиска видела, что он начинает сердиться.
– Прости меня… – не зная, что еще сказать, прошептала она.
Он все еще тяжело дышал.
– Нет, родная. Не так, – хрипло произнес он. – Я… ты прости меня за это все… Самообладание подвело. Я люблю тебя, Василиса. И я не собираюсь пользоваться тем, что… боги, я же знаю! Ты ведь Нелюдима любишь! Это видно. И он тебя обидел, поэтому ты меня и не оттолкнула.
– Василь…
– Я его убью. Я не знаю, что он сделал для того, чтобы ты так легко подчинилась мне, стараясь его забыть, но я его убью. Я знал, что будет непросто. И собирался честно бороться. Нет, Василиса… если ты думала, что я воспользуюсь ситуацией, то нет. Я сделаю тебя своей женой. Я добьюсь тебя. А Нелюдима ждет серьезный разговор. Он не посмеет больше тебя обидеть.
– Не надо! – Лиска даже испугалась. – Василь, все хорошо… я… просто это я неправильная. Это я все… Ты очень хороший. Правда, я действительно так думаю.
Она и представить себе не могла, что Василь будет настолько серьезен. Но это ничего не меняло.
В ее сердце пустота. Ее душа принадлежит тому, кто оставил ее без сожалений.
– Прости меня… – прошептала Лиска.
Василь глубоко вздохнул.
– Давай провожу до избы.
