– Ух! Какая импрессия!, – ахнул со своего стула напарник, – тебе, Шура, в актёры бы податься. Почти поверил, что ты реально влюбился! Давай, поднимайся, пошли пиво пить.
– Цыц, Глеб! У человека трагедия вообще-то тут, – то ли с невероятной иронией и презрением, то ли с дружеским сочувствием говорил Арсений, – так, ну что там, Шура? Поймал шальной амур твое трижды ебаное сердце, забурлили эндорфины в штанах? Понимаю, с кем не бывает, ну поехали, будем разбираться с этой Надюхой. Давай-давай.
– В смысле разобраться?, – дрожащим голосом отнекивался Шурик.
– В прямом, целебная терапия, я это так называю. Хотя лучше правило четверки, – Сеня вальяжно подпирая Голобородька шел к двери.
– В японском языке число четыре созвучно со словом смерть, – вдруг в разговор включился Глеб, – обычная практика для Сени.
– Верно, Глеб, мой ты верный помощник.
* * *
– Давай! Целуй её! Покажи этот последний лучик угасающей страсти, Видоплясов!, – Филипп надрывался подпрыгивая на стульчике с громкоговорителем на перевес, акустика в огромном полупустом павильоне отдавала ото всех углов создавая продюсерское эхо.
– Ну чего ты такой стеснительный, – кокетливо улыбнувшись прошептала Лиза.
– Перерыв, – крикнул парень, положив девушку из объятий на землю.
– Что не так, Валя?, – Вася, который успел опустошить несколько минибаров за время съемок, уже ждал товарища за барной стойкой.
– Не м-о-г-у. Я же чувствую, между вами что-то есть, и я будто третий лишний в этом кордебалете эмоций и переживаний.
– Другалек, я в вашу сторону даже не смотрю, – Вася откинулся на стойке, – прекрасно понимаю, что это работа и ничего больше!
– Да?! Но это не наибольшая проблема! Сам слышал, что говорил Голденберг, его “Лизонька очень любит вживаться в амплуа героев”, – в карикатурно-эстрадной манере парень спародировал манеру речи продюсера, – я её боюсь, понимаешь? Я чувствую, что там сидит рептилоид, это безумие!, – он опрокинул чарку Трубецкого.
– Потому она и прекрасна, – ахнул Василий, – выше всех современных бездарей щеголяющих на сцене.
– И вот ты усиливаешь первый фактор моей неуверенности.
– А я понял! Валя, ты мне прямо сейчас вешаешь лапшу на уши, затираешь старую джинсу до дыр, – панк ударил ладонями о стол, – а сам думаешь о Наде! Думал я дурак? Тьфу, как можно было не догадаться сразу, пугаю сам себя. Я тебя знаю слишком долго чтобы не раскусить нутро проблемы.
– Не начинай этот разговор по десятому кругу, будь добр.
– Раскидай мозгами сам, не можешь сконцентрироваться на одной даме когда в голове совсем другая! Логично же!
– Этот вопрос был решен раньше. Я давно об этом думал, что не понимаю ради чего делаю…
– Но все равно делаешь!
– Вовсе нет, когда пришло понимание, что Надежда не ценит мое отношение, я освободился! Понимаешь?
– По твоему поведению этого не видно, дружочек. Просто соберись и отыграй эту сцену! Давай, в бой!
– Хорошо, вот подержи, – Валя достал телефон и отдал его в руки товарища, – он меня отвлекает, – парень уверенной поступью устремился к съемочной площадке.
– Готов?, – спросил Филипп держащий маленький картонный стаканчик с черным кофе.
– Да.
– А уверенней можно?, – пригубив с стакана крикнул Бедросович.
– ДА.
– Ну тогда вперед и за родину. НАЧИНАЕМ! ВСЕ НА СТАРТОВЫЕ ПОЗИЦИИ! Классная штука этот громкоговоритель.
“Привет)”, – телефон Валерьяна пробурлил уведомляя о сообщении, – “Как дела?)”, – сверху в поле контакта была указана Надя, – “В общем, ты сказал, что идешь на съемки, но дело срочное, поэтому я заеду к тебе. Вернее я уже у павильона, жди)”
– Бляха, – зашипел Вася, – чё делать. Хотя вопрос больше риторический, стоит ли ей видеть то что происходит? Поймет ли она, что это его работа? Сука, почему именно на меня ложится ответственность, я вообще мелодрамы смотреть не люблю. Можно попробовать её задержать в коридоре, но она пробивная как пробка, не сдержу если заподозрит.
“Валя”, – телефон вновь завибрировал, – “не хочу пугать, но тут за мной какая-то красная иномарка с тонированными окнами едет. Прям пятка к пятке, медленно-медленно. Буду надеется что сюрприз от Шуры. Если не появлюсь в сети в течении нескольких минут, звони в полицию”
– Он бабу другую целует, аллё!, – Вася орал в телефон, – так, теперь это дело небывалой опасности, нужно выходить на помощь. Кто меня вообще подписал на эту авантюру, – хапнув пустую бутылку со стола Трубецкий поспешно удалился, – надобно батьке набрать, но если это черти из картеля за ней следуют, нас раскусят и все – пиздец, батя её уже задерживал в компании картельских другальков. Ну ты Надюха и умеешь проблемы создавать, а Валя? Стоило оставлять его там? Бля-бля-бля-бля. Похер!, – он разбил бутылку о бордюр, превратив оную в элегантную розочку, – давайте, черти!, – пройдя еще несколько метров в руках опять зазвонил телефон, – она додумалась скинуть геолокацию, умничка!
“Зашла в какой-то переулок, думала оторвусь.”
