Этот взгляд выражал приблизительно такую незатейливую мысль: ты что, не знаешь, что собак нужно не только кормить и поить, их непременно нужно выгуливать, причем по крайней мере два раза в день! Иначе тебе гарантированы неприятности!
– Ох, и правда! – опомнилась Надежда Николаевна. – Я же забыла тебя выгулять… извини, дорогой, ты в своем праве!
Она торопливо оделась, пристегнула к ошейнику поводок и вывела Цезаря на прогулку.
На улице потихоньку темнело – осень.
Они выскочили из подъезда, обошли дом, и Цезарь тут же устремился в кустики. Вернулся он явно повеселевший, держа в зубах какую-то корявую палку, которую протянул Надежде: мол, давай поиграем!
– Может, не надо? – протянула Надежда Николаевна. – Скоро совсем темно будет…
Цезарь не сводил с нее умоляющего взгляда: ну хоть немного! Ну хоть разик!
Надежда не удержалась и бросила палку. Пудель с радостным лаем помчался за ней, принес хозяйке и всем своим видом показал, что хочет еще.
Надежда снова бросила палку. На этот раз она улетела гораздо дальше. Надежде показалось, что в той стороне мелькнула какая-то тень.
Цезарь радостно помчался за палкой и исчез в темноте.
– Цезарь, где ты? – озабоченно окликнула его Надежда Николаевна. – Цезарь, вернись! Ко мне!
Пудель не возвращался.
Надежда пошла за ним и вскоре нашла его жующим то ли кусок копченой колбасы, то ли ошметок мяса.
– Цезарь, брось сейчас же эту гадость! – недовольно проговорила Надежда.
Пудель виновато взглянул на хозяйку и торопливо заглотнул свою находку.
– Я же тебя кормила! – отчитывала его Надежда. – Господи, ну и аппетит у этой собаки! Как будто не карликовый пудель, а бордоский дог! Зачем ты подбираешь всякие объедки? Это же явно что-то несвежее, неизвестно, как долго тут лежало…
Пудель выразительно тявкнул, что в переводе на человеческий язык означало: «Вкусно же!»
– Невоспитанная собака! – проворчала Надежда Николаевна. – Если будешь себя так вести, мне придется надевать на тебя намордник!
– Вот еще! – протявкал Цезарь и подал Надежде палку: мол, не читай мне нотации, а лучше еще поиграй!
– Ну ладно, только последний раз, уже поздно!
Надежда снова бросила палку, и Цезарь радостно побежал за ней, но на полпути с ним что-то произошло. Сначала он замедлил бег, а потом и вовсе перешел на шаг, причем двигался как-то неуверенно, пошатываясь и спотыкаясь.
– Цезарь, что с тобой? – испугалась Надежда, бросившись вдогонку.
Пудель растерянно взглянул на нее, сделал еще два шага, покачнулся и упал на бок. Глаза его помутнели, лапы задергались, из пасти потекла розоватая пена.
– Господи! – вскрикнула Надежда Николаевна. – Отравился! Я же говорила тебе, что нельзя ничего есть на улице!
Пудель мучительно застонал.
Надежда подхватила его на руки и устремилась по знакомому адресу.
Совсем рядом, на Цветочной улице, находилась круглосуточная ветеринарная клиника. Каждую весну Надежда носила туда своего кота, чтобы сделать прививку перед поездкой на дачу, и еще раз, когда он проглотил шарик от детского бильярда и ему пришлось сделать промывание желудка (шарик, кстати, так и не нашли). В этой клинике работала замечательный ветеринар по имени Василиса, которая очень любила своих четвероногих пациентов и прекрасно с ними управлялась.
В приемной по вечернему времени было пусто, только за стойкой регистрации сидела рыженькая девушка. Надежда ее знала и с порога в панике выпалила:
– Таня, Василиса на месте? Мне срочно! Пудель что-то съел, и ему очень плохо!
– Да… – как-то испуганно пролепетала Татьяна. – То есть нет… Василисы Степановны нет, она сегодня выходная, вместо нее другой доктор…
Татьяна выглядела странно, руки ее тряслись, глаза бегали, но Надежда не обратила на это внимания – она думала только о том, как спасти Цезаря. Надо же, ей доверили собаку, она клятвенно обещала хозяйке, что будет собаку беречь, а сама не уследила. Ужас какой!
– За… заходите… – Татьяна слабо махнула рукой в сторону процедурного кабинета.
Надежда ворвалась туда с несчастным пуделем наперевес и в панике проговорила:
– Доктор, скорее! Спасите моего пса! Ему очень плохо! Он отравился! Он умирает!
Только теперь она разглядела ветеринара – мужчину среднего роста, в неловко надетом белом халате и крахмальной шапочке. Лицо его закрывала медицинская маска, и тем не менее Надежде показалось, что где-то она его уже видела. Или этот врач кого-то ей очень напоминал…
– Очень хорошо! – протянул тот, подхватив Цезаря на руки. – То есть плохо, конечно, но мы его сейчас вылечим… не беспокойтесь… Что он съел?
– Не знаю. Подобрал что-то с земли …
– Очень плохо! – заметил ветеринар и прошел в соседнюю процедурную, где передал пуделя другому человеку.
Немного успокоившись, Надежда вновь обрела ясность мысли и наблюдательность. Во-первых, она осознала, как странно себя вела дежурная Татьяна. Она явно была чем-то очень напугана.
И потом…
