Лисы округа Хансон полностью

Тангун появляется на троне в своём привычном облачении – шёлковом ханбоке, расшитом золотом. Улыбается Союлю, словно старому другу. Пижон.

– Если бы я делал ставки, возродишься ты или нет, – вместо приветствия произносит Союль, – я бы обогатился на годы вперёд.

Тангун склоняется к нему, длинные волосы стекают с его худых плеч. Он выглядит как болезненный, выживший после чахотки аристократ, но на его лице такое удовлетворение, что Союлю хочется по нему вмазать.

– Я рад тебя видеть, Союль, – кивает Тангун. – Сам бы я на своё возвращение не поставил, вероятность была так мала, что… Впрочем, не стоит об этом. Цепь случайных событий привела к такому исходу.

– Ага, – огрызается Союль, – прямо как рождение имуги.

Тангун кивает.

– Ну, почти так. – Он откидывается на спинку трона, поглаживает пса, радостно виляющего хвостом. И мгновенно мрачнеет.

«Загрузились в мозг все данные? Ну-ну».

– Ох, Шин Харин…

– Оставь утешения при себе, мне они не нужны, – прерывает Союль. Слушать от бога слова сочувствия ему сейчас куда больнее, чем прокручивать в голове момент смерти своей колючей лисицы.

– Они нужны мне, – вздыхает Тангун. – Я любил её.

– Ой, да иди ты! – рявкает Союль. – Ты и тот смертный, которого она спасла ценой своей жизни, – оба катитесь в бездну.

Тангун молчит пару секунд.

– Ты не желаешь ему зла, – говорит он наконец. Союль словно сминает раздражение с лица в руке, единственной, что осталась. Он растерял в схватке с пульгасари столько сил, что даже тени его покинули. Хэги и Сэги теперь тоже не попросишь о помощи – их вернуть, как Тангуна, не выйдет.

– Раз уж ты такой всезнающий, – выдыхает Союль, – то прочитай мои мысли и пойми, чего я желаю и кому.

Тангун кивает.

– Я помню наш уговор. Я выполню своё обещание.

В тот год, когда Тангун Великий спрятал в теле отчаявшейся Шин Харин драконью жемчужину, его призвал ещё один смертный. Он звал его у развалин дома чиновника Шина, и Тангун с удивлением выслушал его историю. Хан Союль был младшим братом Хан Бёнчхоля, обратившегося пульгасари с помощью древнего обряда. Поначалу Союль не знал, хочет он спасти брата или убить, но просьбу его Тангун выполнил. Обратил в токкэби, наделил силой достаточной, чтобы защитить молодую кумихо от пульгасари. В обмен на новую жизнь Хан Союль пообещал сберечь лисицу и жемчужину, которую та носила.

Несмотря на то что пульгасари умер, договор между Тангуном и Союлем потерял силу – Харин тоже погибла.

– Я устал, – произносит Союль спокойно, – и потерял жену.

– Ты хочешь, чтобы я отправил тебя в Великий Цикл, – кивает Тангун. На его лице застыла грустная улыбка, но Союль думает, что бог запросто может манипулировать им. Столько лет он служил ему тайно, выполняя много грязных дел, и сейчас Тангун Великий обязан выполнить его последнюю просьбу.

– Даруй мне перерождение, – уточняет Союль. – Новую жизнь в одно время с Шин Харин.

Тангун вскидывает одну бровь.

– Ты её забудешь.

– Какая разница? – хмыкает Союль. – Главное, что у меня будет шанс встретить её вновь. Я найду её человеком и, может быть, сделаю то, что не сумел в этой жизни, – завоюю её сердце.

Теперь Тангун хмурится.

– Может быть? Ты в себе сомневаешься?

Союль криво улыбается.

– За кого ты меня принимаешь. – Он поднимает глаза к богу и продолжает, чеканя каждое слово: – Сделай так, чтобы тот смертный, которого Харин полюбила, тоже встретил её в новой жизни.

– Ты хочешь отомстить мальчику? – хмурится Тангун. – Хан Союль, зачем…

– Ты совсем тупой, – пригвождает Союль, устало выдохнув. Тангун лишается дара речи. – Я хочу, чтобы женщина, которую люблю я, была счастлива в своей следующей жизни. Если мне не удастся сделать её счастливой, это сможет идиот Кван Тэун.

Союль трёт рукой лоб, прогоняя головную боль. Плохи его дела, раз в финале нынешней жизни его тянет на подобные поступки, словно он герой мелодрамы. Он добавляет, не сдержав иронии в голосе:

– Ты растил парня как свинью на убой, и я тебе помогал. Я не благородный воин, но знаю, что такое честь и долг. Я хочу отплатить ему хотя бы этим.

В конце концов, остаток своего века смертный детектив проведёт не особо радостно. У него тоже должен быть шанс на встречу с Харин в следующем перерождении.

– Ты смотрел «Гарри Поттера»? – удивлённо спрашивает Тангун. Союль фыркает.

– Я наследник огромного конгломерата, у меня в подчинении тысячи человек. Конечно, я смотрел «Гарри Поттера».

– После стольких лет… – без смеха проговаривает Тангун. Конец цитаты виснет в сгустившемся между ним и Союлем воздухе.

Бог больше не строит из себя великого слепого. Наконец он принимает решение. Тангун Великий поднимается с места и спускается вниз, шелестя подолом ханбока. Пёс следует за ним, словно боится, что хозяин вновь исчезнет.

– Да будет так, – говорит Тангун. Его слова уносятся вверх, под высокие своды дворца. – Ты переродишься в следующей жизни в одно время с Шин Харин и Кван Тэуном. Даю слово.

Союль серьёзно кивает. Несмотря на все разногласия, бог своё слово держит, пусть и исполняет обещанное в слегка извращённом виде.