– А поблажек нет? – с надеждой спрашивает он. Джи склоняет голову в немом вопросе. – Ну, – Тэун машет перед собой раскрытой ладонью, подбирая слова, – можно не тыкать в меня никакой палкой, чтобы я не забыл никого из вас?
Ну, или хотя бы не забыл Харин. Он только её встретил, зачем стирать ему память?..
– Закон для всех един, – безапелляционно отрезает Джи. – Тангун сотрёт тебе память, как только вы с Харин распутаете это дело.
Тэун опускает лоб на скрещенные на столе руки, и Джи вздыхает, словно сейчас он на стороне смертного.
– Она тебе не сказала, конечно. Но лучше ты будешь знать это, чем строить какие-то планы на ваше совместное будущее.
И, будто хочет добить Тэуна окончательно, Джи добавляет:
– Это, кстати, невозможно. Ты и Харин. Смертный и кумихо не могут быть вместе.
«Ну прямо Ромео и Джульетта, – зло думает Тэун. – Кай и Герда. Орфей и Эвридика. Купер и Энни. Кайло Рен и та последняя из джедаев. Тэун и…»
– Плевать, – резко выпрямившись, говорит он. – Мало ли кто прописал ваши законы, я живу по своим. И я уверен, что у нас с Харин есть шанс.
Джи смотрит на него с эмоцией, которую невозможно распознать, но молчит, поджимая губы. Думает ли, что Тэун сошёл с ума, или же восхищается его упрямством – и всё ещё думает, что Тэун сошёл с ума? Это не важно.
Сегодня они напьются, а завтра лучший детектив полицейского отделения округа Хансон решит, что делать.
– Ты спросил, почему я не боюсь, – вспоминает он, чтобы перевести тему.
Джи молча кивает.
– У меня атараксия, – привычно бросает Тэун равнодушным тоном и полагает, что ёндон тоже станет расспрашивать лишнее. Но тот удивляется по другой причине.
– Ого. Из-за чего это?
Тэун отставляет пустую бутылку – третью по счёту, четвёртую? – и склоняется над столом, подзывая Джи ближе.
– Знаешь, что это?
Джи кивает.
– Менталка сбоит из-за сильного стресса. А… – Он вдруг выпрямляется и смотрит на Тэуна совсем другими глазами. Словно понимает, о чём идёт речь. – Из-за аварии, да?
Откуда он знает?.. Тэун хочет спросить об этом, но не успевает: в кармане куртки звонит телефон. Приходится отвлечься на звонок и выйти из-за стола, переговорить с начальником Каном – нашли новые улики по делу безголового утопленника, на завтра назначено совещание.
– Скатаетесь к начальству этого бедолаги, – говорит Кан-сонбенним жутко уставшим голосом. – Других зацепок у нас пока нет, так что без ордера и официального запроса поедете.
– Как скажешь, начальник, – послушно кивает Тэун. – А что там с цифрами? На трупах из ночного клуба что-то обнаружили?
– Я почём знаю! – злится начальник Кан. – Мне Ким Намсон не докладывает, он и вас-то к делу своему подпустил квисин его знает отчего. Что вы там ему наплели? Что работать совместно будете?
– Что лавры их отделу достанутся, если они быстрее нас докопаются…
– Кван!
– …и, прежде чем вы соберётесь на меня орать, вспомните, начальник, кто в вашем отделе лучшая пара детективов по ежегодным показателям.
Начальник свирепо дышит в телефон.
– Кван и Ли, – нехотя отвечает он в итоге.
– И вам хорошего вечера, начальник Кан, – лучезарно улыбается Тэун и вешает трубку. Ну и кто тут прав? Тэун тут прав. Он просматривает полученный на смартфон файл с данными безголового трупа – бухгалтер какой-то фирмы-конгломерата, офис в Каннаме. Окей, значит, два лучших детектива округа наведаются в Каннам.
Тэун поворачивает обратно ко входу в ресторан и вдруг замирает. На то, чтобы обработать информацию от Джи, у него ушло преступно много времени, но сейчас он наконец понимает, что его беспокоило в разговоре. Джи откуда-то знает про аварию, в которой Тэун побывал в детстве.
Отчёты полиции указывают на то, что отец не справился с управлением на мокрой дороге, и машину занесло, когда та наехала на булыжник – мост Чхондам-тэгё только построили, рядом оказался строительный мусор… Но Тэун, сколько ни соотносит свои воспоминания с написанными в отчётах итогами расследования, столько и не может понять, кто врёт – его память или же слова полицейских, закрывших дело в далёком 1998 году.
Роковая ночь снится Тэуну слишком часто, чтобы он воспринимал вспыхивающие в кошмаре образы истиной: у него хорошее воображение, какая-то таинственная чуйка, которую не может объяснить ни одно МРТ или посттравматический синдром, развившийся в атараксию. Даже врачи говорят, что Тэуну в детстве померещилось что-то страшное, а потом он придумал себе историю, в которой его отец погиб не из-за собственной оплошности на дороге, не из-за трагической случайности, а из-за чего-то тёмного и волосатого, что мелькнуло перед капотом авто за секунду до того, как папа вывернул руль влево…
Что-то не сходится. С Харин и, соответственно, Джи Тэун познакомился совсем недавно. Откуда тогда?..
Прежде чем вернуться к домовому, Тэун пишет Ан Боре.
«Хэй! Разузнай для меня кое-что».
Бора отвечает молниеносно.
«Что мне за это будет?»
«Пиво с курочкой?»
«Ага, уже бегу и волосы назад».
«Ладно. Допуск к первичному совещанию по делу безголовых-безруких трупов в Хансоне. И пиво с меня».
«Окей, теперь я заинтересована. Что надо?»
