– По шкафу для провизии, патера?
– Да. Птица пряталась там, – подтвердил Шелк, лихорадочно подыскивая в уме подходящие объяснения для сибилл. – Взлетела туда, наверное, и…
Журавль придвинул к нему табурет и уселся напротив.
– Теперь подними рубашку. Так, хорошо. Брюки слегка приспусти.
Майтера Мрамор деликатно отвернулась от двери.
– Не вправишь ли ты этой птице крыло, если я сумею ее изловить? – спросил Шелк.
– Хм… в ремесле коновала я, честно сказать, не силен, однако попробую. Пользовать соколов Мускуса мне раз-другой доводилось.
Приняв решение по возможности обойтись без прямого обмана, но и не посвящать майтеру Мрамор в суть визита на виллу, Шелк звучно откашлялся.
– Понимаешь, майтера, повидавшись с… с другом майтеры Мяты – думаю, ты понимаешь, о ком речь, я счел за благо лично побеседовать с Кровью. Помнишь его? Вчера, ближе к вечеру, ты показывала ему наше хозяйство.
– Разумеется помню, патера, – кивнула майтера Мрамор. – Как же такое забыть?
– А позже, во время нашего разговора в садовой беседке, ты помянула о том, что наши постройки могут пойти под снос… ну, или уцелеют, но нам придется освободить их. Вот я и подумал: что, если мне самому побеседовать по душам с их новым владельцем? Как выяснилось, проживает он за городом, и посему мой визит к нему, увы, занял куда больше времени, чем я рассчитывал.
– Откинься еще немного назад, – велел Журавль, протирая грудь и живот Шелка какой-то синей микстурой.
Майтера Мрамор с сомнением кивнула.
– Весьма похвальный поступок, патера. Просто чудесный, хотя этот Кровь не произвел на меня впечатления человека, который…
Шелк до отказа откинулся назад, приподнял бедра.
– И тем не менее, майтера, и тем не менее! Он меня выслушал и дает мне… вернее сказать, нам всем еще месяц сроку. Как минимум месяц, а может, нам и вообще не придется никуда съезжать!
– Вот как?! – Майтера Мрамор забылась настолько, что повернулась к нему: – Вправду, патера?
– Но дело вот в чем, – спеша покончить с объяснениями, зачастил Шелк. – Один из слуг Крови держит несколько крупных хищных птиц. По-моему, около полудюжины, не меньше, судя по их с Кровью разговорам.
Журавль рассеянно кивнул.
– Одну из них, эту, он подарил Крови, – продолжил Шелк, – а я в темноте, очевидно, подошел к ней чересчур близко, и… Словом, Кровь весьма великодушно предложил сегодня прислать ко мне доктора Журавля, чтоб он осмотрел раны.
– Ну и ну, патера! Действительно, крайне великодушно!
Глаза майтеры Мрамор засияли от восхищения дипломатическими талантами Шелка. Смущенный, Шелк покраснел.
– Такова уж моя работа, – скромно заметил Журавль, затыкая пробкой склянку с синей микстурой.
Шелк нервно сглотнул и перевел дух, надеясь, что не ошибся с выбором момента для просьбы.
– Доктор, перед уходом я должен обратиться к тебе еще с одним делом. Минуту назад ты согласился заняться пострадавшей птицей, если я сумею поймать ее. Весьма великодушный поступок, однако…
Журавль, настороженно кивнув, поднялся с табурета.
– Прошу прощения, мне нужна вибропила.
– Сегодня утром, – продолжал Шелк, – меня позвали именем богов отпустить грехи девочке по имени Ломелозия.
Майтера Мрамор замерла, напряглась всем телом.
– Девочка при смерти, но я думаю, смею надеяться, еще может оправиться, если обеспечить ей надлежащую, простейшую медицинскую помощь. Однако ее родители – бедняки, и детей у них множество…
– Давай сюда ногу.
Усевшись на табурет, Журавль водрузил ступню Шелка на колено. Вибропила пронзительно зажужжала.
– Скорее всего, заплатить им нечем, – упорно гнул свою линию Шелк. – Мне тоже нечего предложить тебе, кроме молитв, но без твоей помощи Ломелозия может умереть. Сказать откровенно, родители уже приготовились, смирились с ее смертью, иначе отец девочки не прибежал бы сюда, за мной, еще до ростени. Докторов в нашем квартале всего двое, и ни тот ни другой не возьмется за лечение, не получив платы вперед. Я обещал матери Ломелозии помочь, чем сумею, постараться привести к ней доктора, и ты, по сути, единственная моя надежда.
Журавль поднял голову, блеснул глазами. Казалось, он что-то прикидывает, подсчитывает про себя, но что – это для Шелка так и осталось загадкой.
– Ты был у нее с утра?
– Да, – кивнул Шелк, – потому и лег спать так поздно. Ее отец прибежал в киновию еще до моего возвращения от Крови. Майтера Роза, увидев, что я у себя, пришла известить меня о случившемся, и я сразу же… то есть почти сразу же, – запнувшись (воспоминания о зеленых помидорах жалили, точно шершень), поправился он, – отправился навестить ее.
– Ты непременно должен посмотреть ее, доктор, – сказала майтера Мрамор. – Действительно должен.
Журавль, даже не взглянув в ее сторону, задумчиво огладил бородку.
– Стало быть, ты сказал им, что постараешься отыскать доктора для… как бишь ее зовут?
– Да, так и есть, – окрыленный надеждой, подтвердил Шелк. – Я буду обязан тебе до тех пор, пока Пас не положит конец нашему круговороту, и с радостью покажу, где она живет. К ней можно завернуть по пути.
– Патера, – ахнула майтера Мрамор, – туда же так высоко подниматься! Столько ступеней, а ты…
