- Вот-вот. Именно поэтому вы меня и заинтересовали. Литератрон вовсе незачем было изобретать. Единственное, чего ему не хватало, - это вещественного воплощения, гражданских прав, вывески, а так ведь он уже давно известен. В общем речь идет о простом электронном операторе, способном мгновенно отбирать и комбинировать большое число данных по словесному составу, стилю и содержанию заданных текстов, а затем сопоставлять их с теми данными, которые предварительно запрограммированы в его памяти, и с теми, которые были накоплены им ранее. В этом нет никакого колдовства. При умелом пользовании этой машиной можно добиться от нее опознавания любого текста, его анализа, критики и даже поправок. Можно также, изменив последовательность операций, заставить ее самоё сочетать слова, мысли, грамматические периоды, то есть писать, составлять литературные тексты. Все это было испытано, проверено и признано возможным задолго до того, как вы оказали мне честь и стали моим студентом. Существовала даже машина, которая писала вполне приемлемые стихи...
- Она называлась Каллиопа.
- Правильно. Каллиопа звучит красивее, чем литератрон, но, признаюсь вам, не сулит больших выгод. У всех этих машин один недостаток-они слишком дороги по сравнению со стоимостью своей продукции. Слишком много времени требуется на кодирование текстов, программирование, создание памяти машины, расшифровку... Разумеется, существует множество технических приемов и устройств, позволяющих свести затрату времени до минимума, можно было бы придумать еще десятки приемов, но все упирается в их дороговизну. Игра не стоит свеч. Подумайте сами:
какой смысл затрачивать целое состояние на машину, производящую стихи, когда кругом полно талантливых поэтов, которые делают то же самое за кусок хлеба, и притом вполне в духе времени! Оттого все и застопорилось, Преимущество вашего литератрона в том, что он взывает к душе, доходит до сознания, люди по крайней мере будут знать, на что тратят деньги, или хотя бы смогут делать вид, будто знают. Литератрон - это уже цель, побудительный мотив, как говорят психологи. Конечно, все это чистейший вздор, чепуха, но это уже дело второе. Научные гипотезы, перед которыми открываются финансовые шлюзы, отнюдь не всегда самые верные или самые честные. Возьмите, к примеру, открытие Америки.
- Вы принимаете меня за Христофора Колумба? Ланьо взглянул на меня поверх стакана и расхохотался.
- Боже упаси... Самое большое за Америго Веспуччи. Но я переселенец, который идет вслед за конквистадором, надеясь разбогатеть. Вы свою машину реализуете или ее кто-нибудь реализует за вас. Это по плечу первому попавшемуся болвану, если только он умеет тратить миллионы. Вы обойдетесь государству куда больше, чем оно когда-либо израсходовало на мои опыты или на опыты моих коллег, и это принесет вам общее уважение. Успех человека, делающего карьеру, измеряют количеством миллионов, которые он тратит, подобно тому как заслуги генерала, расцениваются по количеству убитых солдат. Вы созданы для успеха. Когда вы перестанете носиться со своим литератроном- если, конечно, он вам не подгадит, - я надеюсь, что литераторам, лингвистам-словом, людям, которые по-настоящему умеют им пользоваться, будет дана возможность получить от него кое-какие необходимые им данные. Обойдется это недешево, зато позволит нам выиграть несколько лет в наших исследованиях, да к тому же, если не ошибаюсь, платить за все будет чужой дядя, не так ли? Так вот, только на этих условиях я согласен вам помочь... Когда вы хотите ехать к Буссинго?
- В Брив?
- Да нет же, в Париж! Вы что, с луны свалились?
Я не мог простить себе своей наивности. Было совершенно очевидно, что такой человек, как, Буссинго, не может позволить себе роскошь жить в провинции.
В Бриве, где находились кафедры ВПУИР, был, конечно, и директорский кабинет, но там сидел помощник директора, то есть человек рангом пониже. Буссинго же лично руководил лабораторией прикладной механориторики, входившей в программу изысканий этого учебного заведения и помещавшейся в Нейи, в особняке, принадлежавшем училищу. Там Буссинго работал, окруженный десятком молодых талантливых людей, питомцев и дипломантов все того же ВПУИР, исполненных неукротимой решимости с помощью сего почетного звания завоевать место под солнцем.
