Литература с Дмитрием Быковым полностью

Чеширский Кот сообщает Алисе, и это очень важно, несколько принципиальных вещей. Во-первых, он говорит ей, что он не в своем уме. «Но и ты не в своем уме, если здесь находишься», – говорит он. Здесь также живет Шляпник (или Болванщик, потому что есть разные переводы), а рядом с ним – Мартовский Заяц. И они тоже сумасшедшие, потому что все время пьют чай. Алиса может к ним пойти, а может и не ходить. Алиса спрашивает: «А что мне сделать, для того, чтобы куда-нибудь прийти?» И Чеширский Кот отвечает: «Просто иди куда-нибудь, и куда-нибудь придешь».

В этом мире цели упразднены вообще, что ты ни делай, все равно ничего не добьешься. Некоторым детям, в самом деле, это очень нравится, потому что осмысленные действия им давно надоели. Им нравится это царство всеобщей неразберихи.

Дальше Алиса приходит к Шляпнику и Зайцу (там есть еще третий загадочный участник этого чаепития – Мышь Соня).

Мышь не совсем верно, но происхождение этого образа лично мне довольно близко. Дело в том, что Соней звали вомбата. Единственный в то время в Англии вомбат, привезенный из Австралии, жил у Габриэля Россетти, и никто не знал, как с этим вомбатом обращаться. Отличительная черта вомбата – самого умного и самого крупного норного животного – состоит в том, что его поведение всегда не понятно. Например, вомбат бегает со скоростью 62 км/ч, но ни один вомбатолог в мире до сих пор не понял, как сделать так, чтобы он побежал.

Когда я посещал вомбатов в бруклинском зоопарке, то спросил у служителя: есть ли время, когда вомбат не спит, может, он спит днем? Мне сказали: «Вомбат спит, когда хочет». И это действительно исчерпывающая характеристика.

Я обожаю вомбата, потому что он олицетворяет меня. Вомбат – главный, в сущности, герой этой сказки, это самое абсурдное животное, и, кстати говоря, посетители Габриэля Россетти, не зная, чем питается зверь, иногда кормили его сигарами, которые он с большим удовольствием ел. Это такое животное, которое из всего абсолютно может сделать себе обед. К тому же он какает кубиками, что само по себе довольно абсурдно, и ни одно другое животное не отличается таким замечательным свойством.

И вот, Мышь Соня – это тот вомбат, которого Кэрролл видел в гостях у Габриэля Россетти. Он постоянно спал днем, потому что ночью рыл нору. И то, что Соня не может закончить ни одной истории и постоянно всех игнорирует, это тоже очень характерная черта вомбата.

Если вы его увидите когда-нибудь (в России ни одного вомбата нет, но зато можно найти много видео), то сразу поймете, о чем речь: он очень важен и игнорирует всех. В Австралии аборигены считают вомбата богом животного царства. Потому что, когда он вылезает из норы, то делает это с таким видом, что становится понятно: главный здесь он, все остальные как бы так себе.

И вот, Мышь Соня, которая на самом деле обычный австралийский вомбат, увиденный Кэрроллом в гостях, главный персонаж за этим столом. Все ждут, что она скажет что-нибудь умное, но она постоянно засыпает и есть только один способ ее разбудить: полить чаем или обмакнуть ее в чайник, что под конец они и пытаются сделать.

Она рассказывает странную сказку, еще более странную, чем Кэрролл (я прекрасно представляю, как этому британскому профессору к середине путешествия в лодке напекло голову, и он понес уже полную ерунду), про трех сестер, которые жили в киселе, потому что они был кисельные барышни. Эти три сестры умели рисовать все на «М» и, в частности, «многое множество», которое в принципе нарисовать невозможно.

Здесь мы начинаем догадываться, почему так ужасна судьба Зайца, безумного Шляпника и вомбата Сони. Они убили Время. Они постоянно убивали время, поэтому у них теперь всегда шесть часов, а шесть часов – это время пить чай.