Подобно метафизически слепому Гомеру (который в реальной жизни был вполне зряч), поэт не замечает окружающего мира не в силу своей природной близорукости, а потому, что в момент творчества пользуется внутренним зрением. Он фокусируется на содержании вещей, наблюдая, как поверх земной реальности проступают величественные фрагменты надземных картин, запечатлённых в вечности. Именно здесь находится волшебная страна поэтов – астральная Ликнодия и звучит лютня их небесной вдохновительницы, имя которой носит ассоциация светореалистов. Стоит только сестре Ориоле прикоснуться к этим волшебным струнам, как на планете стихают ураганы и землетрясения, прекращаются ссоры и войны, а пишущим приходят на ум их лучшие строки.
Поэзией реального света заинтересовались и зарубежные коллеги. Девять лет назад Венгерская академия наук удостоила всех троих представителей этого направления своей высшей награды – Большой премии Международного литературного фонда имени Милана Фюшта, в обиходе называемой венгерской нобелевкой. Стихи её русских лауреатов активно переводятся в Будапеште, а слово «светореализм» стало здесь общеупотребительным.
К 60-летию Леонида Володарского группа венгерских писателей (Карой Чех, Лайош Мароши, Имре Керек, Йожеф Концек, Ласло Мюллер и Петер Вицаи) подготовила к печати сборник «Рождественский коридор». В него вошли строфы из новой книги поэта «Космогонические грёзы», выпущенной в 2010 году издательством «Акпресс». 24 апреля в Малом зале ЦДЛ состоится творческий вечер юбиляра.
Леонид ВОЛОДАРСКИЙ
ТИБЕТСКИЙ ВЕК
Средь общих праздников и бедствий,
Что словно листья шелестят,
Я прожил целый век тибетский,
А это значит – шестьдесят.
Да, шестьдесят! Ни годом больше!
Года, надеюсь, впереди.
Так дай, всемилостивый Боже,
Их так же хорошо пройти!
Отмерь мне взлётов и падений
Той мерой, что достоин я.
Ну а когда небесный гений
Соединит два бытия,
То за его рукой ведущей
Войду в небесные сады.
И засверкают ярче, пуще
Все семь лучей моей звезды*.
* Считается, что семь лучей имеет звезда мага и мистика.
***
Меняются местами полюса,
И даже небо вид меняет прежний,
И зарастают русские леса
Деревьями, невиданными прежде.
На длинных листьях оседает пух
Птиц, знавших раньше только
юга вялость,
Но остаётся прежним русский дух,
Незримо в формы новые вливаясь.
***
Ольге
Долго не расстанется с оливой
Ветвь, чтоб принести и мир, и тишь.
Каждодневный, тихий, некичливый,
Ты средь жизни подвиг свой творишь.
Подвиг – не хождение средь плаца,
Даже не закрытый грудью дзот.
Подвиг – это значит продвигаться
К небу сквозь туман земных забот.
Шаг за шагом. Иногда вполшага
Время проходить и не роптать.
Здесь нужна особая отвага,
Только Бог её способен дать!
Здесь нужна особенная примесь
Крови недоступных людям звёзд.
Мало кто б такую ношу вынес!
Ты выносишь.
Так спаси, Христос!
Целый мир, наполнившийся ядом,
Отравить не смог бы подвиг твой.
Я горжусь, что путь мой где-то рядом
В жизни этой, как и в жизни той.
***
Давай и в небе скрестим наши тропы,
Давай не пропадём средь бездн и скал.
У парашютов разорвались стропы,
Но Бог тотчас же крылья нам послал.
Обнимемся в непрерванном полёте,
На землю мягко соскользнём с тобой.
И будем слушать, как на длинной ноте
Разгневанная смерть даёт отбой.
***
Всё-всё пройдёт. Всё-всё простится.
И ты за это мир прости.
Не крепость жизнь, а крепостица,
Которую легко смести.
Зато подхватит жизнь иная,
Не даст упасть в небытиё.
И сладко жить, об этом зная,
И славить вечную её.
***
В одной ладье смиренье и мятеж,
И нет войны меж носом и кормою.
За эту мысль меня хоть жги, хоть режь,
